Книга Ирина Орковна, страница 70 – Вера Платонова

Грязь, пот, пыль смывались и наступало облегчение и ощущение легкости в теле. Масляной глиной она также усердно воспользовалась.

«Дамиан, там, наверное, уже быстро вымылся и прирос к камню в ожидании напарницы. Ну и ладно, от небольшого ожидания никто еще не помер!»

В парилке она заняла свободное местечко на горячей каменной скамье и принялась усиленно потеть. Дверь открылась и рядом с ней уселась та самая бестактная зухарийка, которую Ирка про себя окрестила Черносливой. Места на скамьях было хоть отбавляй, и на верхнем, и на нижнем ярусе, но та села чуть ли не касаясь Иркиных коленей своими, что не понравилось последней.

— Волосы у тебя диковинные огненные, хорошие, здоровые, — сказала Чернослива Ире.

— Угу, — ответила та, давая понять, что к разговору не расположена.

— Кожа ровная, хоть пятки и жестковаты, — продолжила та. — Но это исправится.

Ирка встала со своего места и демонстративно пересела на ярус выше. Тут было жарче.

Девушка, которая объясняла ей в омывальной про глину, подалась к ней и прошептала на ухо:

— Это Хасыным, ты с ней любезнее будь, у нее большие связи во дворце. Старшая сваха во всей Зухаре. Она всех девушек так оценивает, не переживай.

Хасыным-Чернослива тем временем бесцеременно пересела к Ирке и продолжила осмотр.

— Конечно, от варвариц с их образом жизни невинности ожидать не имеет смысла, — проскрипела она.

— Слушайте, — возмущенно сказала Ирка, — вы можете меня в покое оставить? Я замуж не собираюсь.

— Порченая? — закивала головой старуха, — понятно дело. Зубы покажи!

— Кому это понятно? Я вам не лошадь, — Ирка пересела опять вниз, но настроение было уже не то, и она отправилась охлаждаться в купель. Окунулась в небольшой чан с прохладной водой и решила, что на сегодня с водными процедурами можно закончить.

В раздевалке с блаженным вздохом, Ирка взяла приготовленную стопку с одеждой. С белоснежной нижней сорочкой все было просто и понятно. А вот светло-голубую тунику пришлось покрутить, до того она была просторная, что рукава и горловина определились не сразу. Поначалу Ирка взяла ее вверх тормашками и легонько потрясла, расправляя, как пододеяльник, в котором нужно изыскать отверстие. Из туники что-то с легким звоном выскользнуло на пол. Разглядев находку, Ирка прикрыла влажные волосы голубым же платком, и выбралась из бань к месту встречи с Домом.

Тот уже сидел на камне, переодетый во все белое, с головой, прикрытой куском светлой тонкой ткани, подхваченной через лоб витой веревочкой.

— С легким паром! — весело сказала ему Ирка.

— Что я должен на это ответить? — поинтересовался Дом.

— Держите воровку! — в качестве ответа раздался знакомый Ирке скрипучий голос, — Вот она, вот! — Чернослива-Хасыным бежала к ним в сопровождении пятерых громил с алебардами.

— В чем дело? — поднялся с камня Дом.

— А в том, — заявила старуха, тыкая пальцем в Ирку, — Что эта бесстыжая девица украла у меня в банях перстень! Золотой, с вот таким рубином.

— Ну это совершенная чушь и ерунда, — сказал Ирка.

— А вы обыщите ее! — сказала старуха. Дом дернулся загородить дорогу стражникам, но Ирка спокойно сказала:

— Пусть обыскивают, Дом.

— В карманах хорошо посмотрите, — влезла Хасыным, — я видела, как она туда его сунула.

Вокруг них собралась уже небольшая группа из любопытствующих зевак и местных торговцев.