Книга Гёрлхуд, страница 80 – Софа Вернер

Аида снова кивнула. Мне захотелось за неё вступиться, хоть никто и не нападал. Я удивилась даже – раскола не возникло. Да, Аида знала, как нас убить, но при том выбирала не угрожать.

— Вы думаете, что Смерть знает? Знает, в чём дело?

— Конечно. – Ряба глянула на Аиду, но не продолжила. Я сразу поняла, что она в чужой голове чего только не нашла – и всякий допрос, случившийся утром, знала тоже. Своё широкое видение Ряба при этом не обращала против, а умудрялась использовать только во благо.

— Прежде чем он поймёт, в чём выгода... пройдёт какое-то время, – Аида пожала плечами. – Но для этого ему и нужно училище.

— Он купил нас, чтобы ставить эксперименты? – испугалась Ужа.

— А зачем ещё? – Пожала плечами Мора.

Пока они выясняли причины, я присела у тела Пожара и ощупала его, сохранившегося лучше других. Когда мы лишили сознания, он совсем стал выглядеть неживым.

— Как их хорошо сшили... – шепнула я сама себе, пытаясь найти ниточки, которые не видела, но которые могли привести меня к Смерти или кому-то ещё. Я не могла пока что доказать, но знала, что извлечение страха не приводило к гибели. Например, в людях этот ресурс возобновлялся, хоть и частично, и всё же пугать можно было до предела – а вот использовать этот страх до конца невозможно физически. Человек без страха опасен для другого и для себя, но не опасен для нас.

Если нечисть жила благодаря чужому страху, но вдруг внутри неё самой обнаружилась боязнь, то вынь её – и кого получишь? Станет она лучше или хуже? Только что есть что?

— Удалось что-нибудь выяснить? – Аида присела на корточки напротив меня.

— Пока нет. Но над ними точно корпели.

— Поэтому меня схватили не сразу?

— Да.

Мы выглядели причудливо: как детективы или судмедэксперты в шесть утра на месте преступления. Я так грезила о попадании в монстро-сериалы, что жизнь буквально начала на них походить – и жанры менялись каждый день. Вчера это был сериал про маньяка, который работает в полиции и метается на два фронта, сегодня – сёстры-охотницы ищут виноватых по делу одержимости уже третий сезон подряд.

— Аида, слушай... Ты кое-что должна знать, – я подняла голову. Хотела сказать ей правду прежде, чем это вменят как обвинение следователи. Исключение, о котором говорил Смерть, вряд ли такое безобидное. – В тот день, когда мы встретились на лестнице, я тайком шарилась по кабинету директрисы.

— Что-то нашла? – обеспокоенно уточнила она.

— Не совсем. Меня там обнаружил Смерть. Вернее, обнаружил меня в тайной комнате.

Я ждала, что Аида засыплет меня вопросами, но она терпеливо ждала полного рассказа с подробностями. Немного путаясь в деталях, сбиваясь и запинаясь, я продолжила.

— Чуть раньше директриса намекнула мне, что выпустить можно только сделав что-то важное, встав на ноги как нечисть. Тогда я была зациклена на тебе, то есть на наших ссорах. И поэтому пошла в кабинет. Застала директрису в тайнике младеницей, кажется, у неё возникли какие-то проблемы с управлением временем...

— Она ослабла, – Аида махнула рукой на утекающий в лес туман. – Скорее всего, больше не может вернуться в возраст, где полна сил.

— Смерть этим пользуется? – произнесла я, и вопрос повис в воздухе. – Или он это как-то спровоцировал.

— Так что случилось в кабинете?