Книга Академия Арканов, страница 236 – Элис Кова

— Может быть, он верит в это.

— Во что?

— В то, что ты любишь меня. – Я отвожу взгляд от Присс и смотрю ему прямо в глаза. Кэйлис замирает, как будто эта мысль не приходила ему в голову, а сама ее суть ужасает. – С его точки зрения, либо ты по-настоящему влюблен, и в моем лице он вот-вот получит новый рычаг давления на тебя, либо… он хочет довести нас до грани и заставить отказаться от нашей уловки, прежде чем мы скрепим клятвы Четверкой Жезлов.

Принц неподвижен, словно статуя, и сверлит меня взглядом темных глаз. Наконец, покачав головой и издав звук отвращения, устраивается на диване напротив. Упершись локтями в колени, он сутулится, проводит рукой по волосам, кусает ногти и, цокнув, откидывается на подушки с видом раздраженного, даже сраженного человека.

— Возможно, ты права, – наконец произносит он.

— По крайней мере, он ошибается, – говорю я, пожимая плечами.

— Насчет чего? – Выражение лица Кэйлиса трудно прочесть. Хотелось бы мне знать, что творится у него в голове.

С одной стороны, я хочу попросить его впустить меня в свои мысли. Но в то же время мне страшно узнать, что случится, если он впустит.

— Ты не любишь меня, – говорю я, глядя на Присс, а не на него. – Мы лишь средства для достижения целей друг друга. Все это не по-настоящему, как бы мы ни одевались и как бы себя ни вели. Значит, он не сможет использовать меня против тебя, а тебя – против меня. У нас еще есть преимущество.

Кэйлис ничего не говорит. Молчание затягивается настолько, что даже Присс поворачивает к нему свою мордочку, побуждая меня повторить за ней. В его глазах горит огонь. Лицо полыхает. И снова он больше напоминает изваяние из камня, чем человека из плоти и крови.

— Верно? – осторожно уточняю я.

— Воистину, – отзывается Кэйлис. Но это уклончивый ответ, и я борюсь с жаром, который разливается по всему моему телу, жаром, который отчасти возникает из-за паники, а отчасти из-за желания.

* * *

Остаток зимних каникул я работаю над копиями и готовлюсь к испытаниям. Без привычного звона колоколов все дни сливаются в один. Я не ищу встреч с Сайласом. Не хожу в дом клуба, чтобы насладиться остатками еды от празднования солнцестояния. Решила полностью посвятить себя испытаниям, а затем сосредоточиться на Пире Кубков, потому что нужно расставлять приоритеты. Мы с Кэйлисом по-прежнему проводим большую часть времени порознь, хотя складывается впечатление, что мы единственные живые существа во всей академии.

Однако пропасть между нами больше не кажется такой холодной. Если бы мне пришлось описать ее, я бы назвала ее почти… устрашающей. Как будто мы оба боимся того, что случится, если нарушим воцарившееся хрупкое перемирие. Независимо от того, отстранимся мы друг от друга или же, напротив, объединимся.

Я вижу, как он поглядывает на меня, когда думает, что я не смотрю. Сама не могу перестать вспоминать, как он скользит пальцами по линиям с набросками карт, которые вручаю ему, чтобы получить его оценку.

Зачем мы это делаем?Эта мысль не раз приходит мне в голову, когда я лежу одна в постели. Если мы все равно притворяемся любовниками, то почему бы не извлечь из этого выгоду? Сомневаюсь, что кто-то из нас особенно неопытен. Вряд ли речь зайдет о «первом разе».

Однажды ночью размышления приводят меня к его дверям, и я даже дотрагиваюсь рукой до прохладного дерева. Я готова войти в его спальню. Готова, чтобы он овладел мной и покончил с этой агонией.