Книга Академия Арканов, страница 14 – Элис Кова

Не до конца понимая, кому адресован вопрос, я помалкиваю. Тем более что не знаю, заметил ли Рэвин мою руку на шее его брата.

— Могу спросить тебя о том же. – Судя по тону Кэйлиса, отношения у братьев складываются отнюдь не теплые.

— Шел проинформировать тебя, что получил от Главстоуна сообщение о беглеце из Халазара.

Кровь стынет в моих жилах. Особенно под пристальным взглядом Рэвина.

— И почему это должно меня заботить? – спрашивает Кэйлис, умудряясь одновременно звучать раздраженно и скучающе.

— Бежал незаконный арканист. Из двести пятой камеры. – Номер моей камеры. – К этому делу нужно отнестись серьезно и провести расследование в соответствии с буквой закона.

— Так и поступлю. Уверен, Главстоун уже занимается вопросом.

— Верно. Я распорядился, чтобы стража Халазара прочесала Эклипс-Сити.

— Молодчина. – Голос Кэйлиса так и сочится снисходительностью.

— Затем они придут сюда.

— Изумительно.

Чем невозмутимее ведет себя Кэйлис, тем больше заводится его старший брат.

— Полагаю, ты пустишь их и позволишь провести поиски, учитывая, что двери академии сегодня открыты.

— Да, разумеется. – После этого Кэйлис вновь переключает свое безраздельное внимание на меня. Я цепенею от шока и страха. Не представляю, куда смотреть. И жалею, что меня прикрывает одна лишь пародия на ночную сорочку. – Теперь, если не возражаешь, я занят.

— И чем же? – Интерес Рэвина режет сильнее света ламп в коридорах Халазара.

— Сообщаю последней претендентке на поступление в академию, что ее ждет на грядущем Фестивале Огня.

Он сегодня? Значит, сегодня первый день Жезлов, мой день рождения. Худший день рождения на свете.

— Претендентке? – в унисон спрашиваем мы с Рэвином.

— Не слишком ли она взрослая? – удивляется Рэвин.

— Говорите так, будто я древняя, – возмущенно бормочу себе под нос. Мне сегодня исполнилось двадцать один. Хотя после Халазара я наверняка выгляжу на все восемьдесят.

И все же технически двадцать один год – неподходящий возраст для поступления… Все арканисты Орикалиса должны быть зачислены в академию сразу по достижении двадцати лет. Объясняется это тем, что Старших Арканов двадцать, и каждый год знаменуется одним из них, а также бытует поверье, что способности арканиста не разовьются в должной степени раньше, чем он проживет каждый год за каждый аркан.

Тех, кто отказывается поступить в академию или рисует карты втайне от короны, награждают меткой и отправляют на порошковые мельницы. Если тебе удастся сюда попасть, академия предложит шанс на лучшую жизнь. Однако… многие заваливают испытания первого года или же погибают, пытаясь их пройти.

— У нее сегодня день рождения. – От замечания Кэйлиса у меня на коже выступает липкий пот. Похоже, он навел обо мне справки.

— Тогда ей следовало поступать в прошлом году. Не знаю, чем она тебя так развлекает, но твое удовольствие не выше закона.

— Не соглашусь, – насмехается Кэйлис. Его игривый настрой выводит Рэвина из себя так, что у того на виске вздувается вена.

— Пометь ее и отправь на мельницы. Или убей. Просто покончи уже с ней. – Рэвин смотрит на меня и поджимает губы.

— Для знатных особ можно сделать исключение, – не сдается Кэйлис. – Не впервые благородный сын или благородная дочь поступают в академию чуть позже положенного, потому что должны были закончить другое обучение.