Книга Красный зайчик, страница 65 – Девин Риверс

КЭЙЛИН

На следующее утро Сэл и Тэнк пришли за мной рано и отвели в комнату Крэйвена. Не проронив ни слова, они просто втолкнули меня внутрь и ушли. Я прошла дальше в комнату и услышала, как выключился душ, а затем оттуда вышел Крэйвен с полотенцем на бедрах. Он посмотрел на меня, отмечая, что я все еще в его рубашке и, похоже, избежала травм или жестокого обращения, пока была вне его контроля.

Он подошел, и я пятилась, пока не уперлась ногами в кровать. Он остановился ровно настолько близко, чтобы я почувствовала, как его полотенце касается моих бедер. Не отрывая взгляда от моих глаз, он расстегнул рубашку и сдвинул ее с моих плеч, осторожно избегая порезов, хотя я и вздрогнула, наполовину ожидая, что он к ним притронется.

Он отвернулся, снял полотенце и сел в одно из кресел, поглаживая свой член. Он был уже почти твердым, и он сидел, уставившись на меня, словно темный бог, небрежно наблюдающий за своей очередной жертвой.

— Иди сюда, — сказал он. Я замешкалась, и его глаза потемнели. — Мне казалось, мы усвоили, что бывает за неповиновение?

Я нахмурилась и подошла к нему. Он развернул меня и усадил к себе на колени, в точности как накануне в коктейль-баре.

— Откинься назад, — пробормотал он. Он раздвинул мои ноги своими и провел руками вверх по моим бедрам. Я задрожала, когда прохладный воздух коснулся меня между ног, а его пальцы проникли внутрь. Он медленно двигал ими взад-вперед. Я была напряжена и все еще немного злилась из-за вчерашнего, но постепенно его пальцы начали пробуждать во мне жар.

Он продолжал свое медленное, неторопливое наступление, чувствуя каждый мой вздох и каждое мелкое движение, когда задевал чувствительную зону. Вскоре он нашел мое самое слабое место; моя голова запрокинулась, и по телу пробежала дрожь. Он одобрительно заурчал мне на ухо, а вторая рука начала медленно выписывать маленькие круги по моему клитору.

— Мне нравится, как сильно ты течешь для меня, дорогая, — сказал он, слегка прикусив мою мочку. Вскоре я уже тяжело дышала, стонала и совершенно не соображала, какие звуки слетают с моих губ. А затем он остановился. Я жалобно заскулила и попыталась свести ноги вместе, чтобы почувствовать трение, но он прорычал что-то и больно выкрутил мой сосок. Я дернулась, когда боль прорезала удовольствие.

Он двинул бедрами, и его член уперся в меня. Я была насквозь мокрой и полностью готовой; когда он скользнул в меня, я услышала его сдавленный стон у себя над ухом, от которого по венам побежал огонь. Мой разум постоянно путался, пытаясь осознать ту битву, что шла между моей головой и телом. В одну минуту он причинял мне боль, а в следующую возносил так высоко, как я еще никогда не бывала. Я не думала, что мне нравится смешивать боль с удовольствием, и до сих пор не была в этом уверена, но нельзя было отрицать: он методично выискивал каждую мою слабость и использовал их в своих интересах.

— Перестань так много думать, — проворчал он.

Его пальцы снова нашли мой клитор, и когда я простонала и сжалась вокруг его члена, он застонал от наслаждения. Он начал толкаться бедрами навстречу мне, и вскоре я превратилась в тяжело дышащее месиво. А затем он снова остановился. Я была так близка к краю, что разочарованный вздох сорвался с моих губ от его неподвижности. Мне требовалось трение, и то, что он просто замер внутри меня, было сущей пыткой.