Книга Малыш для наемников, страница 88 – Криста Вулф

Я осторожно перекатывала их в ладонях, стараясь не размыкать руки: все камни были глубокого, захватывающего дух зеленого цвета. И до меня начало доходить.

— Они принадлежали Феррере, — пробормотала я.

— Да.

— И ты… ты их украл?

— Они были спрятаны в его святая святых, — объяснил Коул. — Я нашел их, когда они высыпались из сломанного ящика мраморного стола, который разнесло гранатами; это, конечно, произошло уже после того, как начался полный пиздец — в хаосе перестрелки я просто сгреб их.

Я внимательно на него посмотрела. — Остальные знают?

Он помедлил, а затем покачал головой.

— Почему нет?

— Ты уверена, что хочешь услышать правду?

На этот раз я кивнула.

— Потому что если эти люди умудрятся схватить кого-то из нас, для него все обернется очень плохо; и чем меньше этот человек знает, тем лучше.

Я с трудом сглотнула; внезапно мне стало совсем не холодно.

— Ты говоришь о пытках, да?

— Да.

Я еще немного покатала изумруды в руках, стараясь не поддаться их гипнотическому блеску: они были просто чертовски красивы.

— Но ты бы знал, — тихо произнесла я. — Если бы… если бы схватили тебя, я имею в виду.

— Разумеется.

— Получается, ты рискуешь собой.

Бородатый гигант пожал своими массивными плечами. — Я рискую собой всю свою жизнь, — просто ответил он.

Коул все еще стоял без рубашки на фоне леса, залитый рассеянным звездным светом, а ветер мягко трепал волосы на его лице; в этот момент он был похож на какого-то древнего бога.

— Большинство полевых командиров держат при себе наличные, — продолжил он. — А самые успешные хранят их в огромных количествах; проблема в том, что такое количество денег становится искушением — слишком большим искушением.

— Значит, вместо этого Феррера хранил изумруды, — рассудила я.

— Да; за ними проще следить, проще контролировать, — он кивнул на мои сложенные лодочкой ладони. — У Ферреры были и наличные, но они не составляли и десятой доли того, сколько стоят эти камни.

Внезапно мне стало очень не по себе — я захотела вернуть изумруды обратно в мешочек.

— Феррера здесь, потому что знает: кто-то из нашего отряда забрал эти камни, — сказал Коул. — Но никто из ребят даже не подозревал о них. Кроме меня.

— Значит, он искал их все эти годы, — пробормотала я.

— Да.

Лицо Коула вдруг исказила гримаса боли: он на мгновение уставился в землю, а затем снова перевел взгляд на меня.

— Я забрал их не из жадности, — объяснил он. — Я даже не брал их для нас троих; я взял их, потому что намеревался использовать во благо. Я взял их для… для семей…

Его голос сорвался: он выглядел невероятно разгневанным, но в то же время каким-то сломленным.

— Эван и Джошуа покинули службу на своих условиях, — сказал Коул. — Но мне этой привилегии не дали. Во время моей последней боевой операции больше половины моего подразделения погибло в засаде, и все потому, что у моего командира были тупые, ебаные политические амбиции.

Внезапно он начал неконтролируемо дрожать; мне нужно было вернуть его обратно.

— Эй… — мягко позвала я. — Что случилось?

— Я взял всю вину на себя, вот что случилось, — выплюнул Коул. — В обмен на мое молчание мои павшие братья должны были быть провозглашены героями, а их семьи — полностью обеспечены, — его верхняя губа скривилась в мрачном отвращении. — Только все вышло иначе: вместо этого они получили лишь жалкие крохи компенсации, а их близкие остались без наград и были забыты — и все потому, что операция была несанкционированной, и огласка подобного провала стала бы катастрофой для моего бывшего командира, который теперь стал известным политиком.