Книга Жестокая любовь, страница 39 – Кира Шарм

Это должно меня радовать? В конце концов, он ведь отправил эту крашенную Карину. И остался со мной!

А я, как глупый ребенок, почти все испортила!

— Твоя футболка, — дверь резко распахивается и на пороге оказывается Герман.

Рефлекторно сжимаюсь. Закрываюсь руками.

Что я должна желать сейчас? Как себя вести?

Тем более, что Герман прожигает меня голодным взглядом.

Кажется, он смотрит сквозь мои руки. Вижу, как вспыхивают его глаза и дергается кадык.

— Спасибо, Герман. Я скоро.

Бормочу, чувствуя, как меня до покалывания кожи заливает краска.

— Как хочешь, — Герман так и стоит несколько минут

Буравит меня таким взглядом, от которого я вспыхиваю снова и снова.

Кажется, от моей кожи сейчас просто пар пойдет!

Даже воздух вокруг нас, мне кажется, искрами потрескивать начинает.

Но он будто отмирает и разворачивается, дернув плечами. Успеваю заметить, как крепко сжимаются его челюсти. До хруста.

За ним закрывается дверь, а я тихонько оседаю в ванной.

Может, я дурочка? Веду себя по-детски?

А если он меня сейчас просто отправит домой, когда я выйду?

— Тебе идет эта футболка, — нет, я волновалась зря.

Герман явно ждал меня с нетерпением.

— Пойдем ужинать? Уже все успели привезти.

Я только киваю. Неуверенно вкладываю свою руку в его, позволяя себя отвести в гостиную.

Здесь уже накрыт стол. Ужин пахнет ароматно, хоть и не так, как тот, который я принесла.

— Иди ко мне.

Герман качает головой, когда я усаживаюсь на стул напротив.

Чувствую, как от волнения подрагивают пальцы.

Все спонтанно вначале было. А теперь я понимаю, что… Все сегодня произойдет!

Волнение сжимает горло. Даже не могу глаза поднять на Германа.

Он подхватывает меня на руки, как пушинку. Усаживает себе на колени. Так, что я чувствую, что его желание никуда не пропало. Очень. Очень красноречиво чувствую.

— Мммммм, как ты пахнешь, — зарывается руками мне в волосы.

Проходится губами по дико забившейся на виске венке.

— Просто охренительно.

— Это всего лишь твой гель для душа. Мужской.

— Это твой запах. И он одуренный. Крышу рвет.

— Может, мы поедим?

Робко выдыхаю, неловко ерзая у него на коленях.

Черт. Я же не специально!

Но при этом получается, как будто я специально трусь… О его оооочень красноречивое желание!

— Кажется, ты действительно пришла сюда поесть, — Герман тихо посмеивается прямо мне в шею.

Обжигает дыханием.

Потирается слегка отросшей щетиной, и во всем теле уже вспыхивает миллиард искорок.

Снова неловко ерзаю, тут же заливаясь краской. От неловкости и растерянности со звоном роняю вилку, которую уже успела было взять в руку.

— Не страшно. Я покормлю.

Он разворачивает нас так, что мы оказываемся вполоборота к столу.

Подхватывает с тарелки креветку в сырном кляре.

— Раскрой губки.

Его голос с легкой хрипотой звучит сейчас как самый настоящий гипноз.

Голова кружится. Это…

Так неожиданно от Германа, которого я, казалось бы, знаю. И так… Интимно….

Раскрываю губы, быстро облизывая их. Как-то рефлекторно.

Герман наклоняется к самому моему лицу. Вижу, как его глаза вспыхивают.

Проводит креветкой по моим губам. Очерчивает каждую из них, не отрывая от моих губ взгляда.

А у меня внутри все сжимается. Не уверена, что я вообще смогу проглотить хотя бы кусочек.

— Вкусно?

Напряженно смотрит на меня, слегка проталкивая креветку мне в рот.