Книга Развод. Я все еще люблю, страница 72 – Евгения Вечер

— У меня много новостей, — кошусь на Катю.

Мне не очень хочется рассказывать обо всем в ее присутствии. Я же знаю, как будет… она сейчас послушает, мило поулыбается, а затем дома со своим мужем Андреем перемоет мне все косточки.

— Ну, делись! — требовательно чеканит сестра.

— Во-первых, я узнала пол одного из детей. Будет мальчик.

Мама расстроенно цокает:

— Ну вот… а мне так важно, чтобы у тебя была девочка!

— Зачем, мам? — вмешивается Катя.

— Затем! — строго. — Дядя Леша звонил. Рассказал про тетю Ларису.

Спинными мурашками предчувствую что-то плохое.

— Сыновья сдали Ларису в дом престарелых, — с сочувствием выдает мама.

— Да ладно? — сестра таращит глаза с нескрываемым шоком.

— Да. Говорят, что она совсем невыносимая стала. Агрессивная. Младшего сына совсем перестала узнавать. А старшего через раз.

— А-а-а, ну тогда правильно.

— Кать, — с осуждающим холодом смотрю на сестру.

— Ну, а что? Дядя Леша ее бросил, а сыновьям теперь мучаться с ненормальной мамашей?

— Надюш, — родительница с надеждой заглядывает в мои глаза. — А ты что думаешь об этой ситуации?

— Это ужасно, мам. Я всегда тете Ларисе сочувствовала, а дядю Лешу не понимала. У них ведь все было хорошо, а потом вдруг эта любовница Аля, развод, раздел имущества.

— Поэтому я и испугалась за тебя, когда узнала о Димином поступке, — мама опускает голову. — Я была слишком резкой в тот день. И говорила про мудрость. Я была не права.

— Мам, так почему ты так хочешь внучек? Я не поняла, — Катя хлопает ресницами.

— С девочками спокойнее в старости, — спокойно объясняет, смотря Катьке в глаза, а затем на меня взгляд переводит. — Девочки точно не сдадут пожилую мать в дом престарелых.

— А-а-а! Ну да, — кивает. — У мамы с дочкой особая связь.

Я прикусываю губу.

У меня с мамой особо не было теплых и доверительных отношений. Катя была любимой младшей доченькой, а я… я неудачной старшей сестрой.

Но сейчас мамин взгляд, греющий душу изнутри и озаряющий светом, заставляет мое сердце трепыхаться.

— Особая связь должна быть у всех членов семьи! — в разговор неожиданно вмешивается отец, случайно зашедший в гостиную.

— Да, — кивает мама. — Важно, чтобы каждый вкладывал в семейный очаг.

Папа подходит к нашей маме и обнимает ее. Целует осторожно в щеку.

— Света, а чудодейственная мазь от боли в спине осталась? — шепчет отец.

Я закрываю глаза, стараясь сдержать улыбку.

— Миш, я тебе говорила, не носись ты с Асей! Сляжешь!

— Да ладно уж, — отмахивается. — А как по-другому поддерживать семейный очаг? Это же моя внучка. А скоро еще два пацана будут! Это вообще считай вторая молодость.

— Двадцать вторая! — вздыхает мама. — Ладно, горе луковое. Пойдем, я спину твою намажу.

Перед выездом из родительского дома я набираю номер моего жениха.

— Наденька, я сегодня задержусь, — сообщает с ноткой уловимой досады.

— Ничего страшного. Жду тебя дома.

Завожу машинку, не могу сдержать коварную улыбку.

Я не поеду домой. Слишком соскучилась по Диме.

Навещу его на работе.

Вечереет. На город медленно опускаются сумерки. Я оставила машинку у дома и к Диме приехала на такси.

Устала за рулем за день. Да и Рогов будет ворчать, что с пузом катаюсь сама. Переживает за меня и малышей.

Опустив голову подхожу к большому офисному зданию, утопая в собственных мечтательных мыслях.