Книга Пряник и Пшёнка, страница 80 – Тата Кит

— Надеюсь, ты заметишь разницу, — наклоняюсь и целую ее ниже пупка.

— О, Боже! — выдыхает Оля и нехотя, но поддается мне, когда я раздвигаю ее ноги и спускаюсь поцелуями ниже. — Как вовремя я на писькодралку сходила, — бормочет она словно бреду.

Улыбаясь, продолжаю ласкать ее губами.

Сильнее удерживаю ее ноги, подбираясь к лону, когда Оля в очередной раз пытается сдвинуть ноги.

— Попахивает чем-то негигиеничным, — роняет она.

— Пахнет чем-то сладким, — отзываюсь я и касаюсь языком ее клитора.

Оля крупно вздрагивает, дёргается в моих руках и запускает пальцы в волосы, конвульсивно сжав кулачка.

— Божечки! — бормочет она и протяжно стонет, когда я начинаю кружить языком по ее влаге. — Ох!

Какая же она мокрая!

Синхронно с языком на клиторе, кружу пальцами у входа во влагалище. Подстраиваюсь под её темп. Чувствую, как Оля начинает чаще дышать, а затем и вовсе замирает на короткую секунду, чтобы, сотрясаясь всем телом, подтянуть меня за волосы к своему животу.

А она сильная.

Высвобождаю свою башку из ее захвата и нависаю над красоткой, по скулам которой растекся румянец. На истерзанных и покусанных мной губах легкая улыбка. Длинные ресницы мелко подрагивают и мне открываются яркие голубые глаза.

— Я просто обязана выйти за тебя замуж после этого, — выдыхает она.

— Ты ещё не всё попробовала. Готова?

Секунду подумав, глядя мне в глаза, Оля уверенно кивает.

— Я сейчас, — за презервативами пришлось встать и дойти до компьютерного стола.

Оставив упаковку рядом с Олей, снял с себя домашние штаны вместе с трусами.

Смотрю на Олю и понимаю, что к ней снова вернулся страх, пока она смотрела на мой покачивающийся в ее сторону член.

— Ох, Божечки! — выдыхает она. — А что ты не сказал, что у тебя здесь не только бантик, но еще и сердечко?

Она разглядывает мои татуировки, которые я умудрился набить на спор на первой же пьянке на первом курсе. Сильнее всего я прихуел от выбритого клочками лобка — это не то, что хочешь увидеть поутру, проснувшись в квартире с одними пацанами.

— Я думал, ты внимательно рассмотрела фотку.

— Я на нее вообще не смотрела. Мало ли. Может, у тебя член бантиком завязан. Мне не нужна такая психологическая травма. Хотя, ты знаешь, мне кажется, длины твоего члена вполне хватит на то, чтобы скрутить из него собачку… или что там из этих длинных шаров скручивают? — показывает она руками.

— Значит, он у меня длинный? — дразню я ее, раскатывая по всей длине презерватив.

— Я не скажу это вслух. Не скажу, — трясет Оля головой и прячет краснеющее лицо под подушкой.

Затаив улыбку, устраиваюсь между ее ног и приставляю головку к влажному входу.

Оля тут же убирает подушку от лица, и вновь я вижу неподдельный страх в ее голубых бездонных глазах.

— Последний шанс, чтобы передумать, — хрипло выдыхаю я.

— Только попробуй, — роняет она и сама тянется к моим губам.

От волнения у меня начинают трястись руки. Я робко вхожу в нее и стискиваю зубы от ощущения того, насколько в ней узко.

Оля издает стон. Я чувствую ее напряжение, но она прячет лицо в моей шее, вонзив ногти в плечи.

— Расслабься, — целую ее горячую кожу под ухом. Венка пульсирует.

— Я пытаюсь, — всхлипывает она.

Нахожу ее губы и горячо целую. Обхватываю рукой горло, чувствую, что Оля начала расслабляться, и вхожу глубже.