Книга За твоей улыбкой, страница 66 – Тата Кит

— Сырники… готовлю, - выронила я, чувствуя бешенное сердцебиение в груди. Для убедительности перевернула лопаточкой сырники, а не его печень, как планировала.

— Ну… молодец, - выронил парень, неуклюже переминаясь с ноги на ногу. – А бросаешься-то ими зачем?

— Жонглировала. Неудачно.

Кажется, я забыла, как моргать. Руки до сих потряхивало после пережитого стресса.

Пока мы с Лёшей шокировано смотрели друг на друга, в прихожей щелкнул замок. Через несколько секунд я услышала приближающиеся шаги и голос Максима, в котором явно читалась улыбка:

— Ты уже проснулась, Маш? А я за ко-фе… Какого хрена, Лёха?! – рявкнул Максим, очевидно, не ожидав встретить вместо моего лица голую задницу брата.

Глава 27.1

— Твою мать! – Лёша торопливо обвернул полотенцем бёдра. Мне пришлось отвернуться, чтобы ненароком ничего нового не увидеть. – Предупреждать надо, что ты с тёлкой.

— Рот закрой, - строго рыкнул на младшего брата Максим и, обойдя меня, поставил упаковку с кофе на стол. Коснулся моего плеча и обеспокоено заглянул в глаза. – Ты как, Маш?

— Надеюсь, мне не будет это сниться в кошмарах, - ответила я тихо.

— Эй! – возмущенно пробасил Лёша где-то позади. – Я нормально выгляжу.

— Спорное утверждение, - фыркнула я и сосредоточилась на плите, чтобы снять первую партию сырников. – Завтракать все будут? Маугли, голодный? – спросила я, глянув на парня в татуировках.

— Голодный, - передразнил он меня.

— Иди за мной, полудурок, - Максим достаточно увесисто толкнул брата в плечо, чтобы развернуть и вывести из кухни. – Ты какого хрена без предупреждения сюда припёрся?

— Я всегда без предупреждения, вообще-то, - бубнил Лёша, уходя дальше. – Это ты должен предупреждать, что начал тёлок в квартиру приводить.

— Ещё раз назовёшь её тёлкой, я тебя тряхну так, что татухи отваляться.

— Как нам страшно! – фальшиво протянул Лёша. – Дай трусы надеть, а-то опять твоя и ножом, походу, метнуть может. А я жрать хочу. Вкусно пахнет.

— Полностью оденься, нудист гребаный, - было забавно слышать, что Максим с младшим братом общался, как отец с сыном. Наверное, взяв на себя опеку над тогда ещё двенадцатилетним Лёшей и девятилетней сестрой, Максим неосознанно из роли брата перешёл в роль отца для них. За спиной послышались шаги, пока я закладывала в сковороду новую порцию сырников. – Маш, прости, что не предупредил. Лёха иногда заезжает без звонка. Видимо, мы с ним разминулись, когда я за кофе ушёл.

— Да, ничего страшного, - улыбнулась я мужчине. – Но ему бы колокольчик, что ли. Как раз шея, как у быка.

— Это, типа, месть за тёлку? – раздался голос Лёши откуда-то из глубин квартиры.

— Смотри-ка, догадливый, - фыркнул Максим и принялся за кофеварку. – Тебе, Маш, сварить кофе?

— Можно. Спасибо.

Мы с Максимом готовили завтрак. Пока я формировала и жарила сырники, Максим сварил всем нам кофе, открыл баночку сметаны и такую же маленькую баночку вишневого джема. Всё аккуратно расставил на столе, положи вилки и позвал брата:

— Провинившийся, иди завтракать.

— Чё, прям можно? – показалась голова Лёши уже в дверном проёме кухни.

— Ну, если ты сырым сырником наелся, то жареные можешь не есть, - сыронизировала я, раскладывая в сковороде последние сырники.

— Ага, конечно. Тут так пахнет, что у меня желудок стонет. Я с вами пожру, - Лёша первым сел за стол. Максим помог мне закончить с сырниками, дождался, когда сяду я, и только потом сел сам.