Книга За твоей улыбкой, страница 41 – Тата Кит

Но что делать с Марьяной?

Неуверенно я подошёл поближе к девушке и коснулся её плеча.

— Марьяна, - произнес я, чтобы она услышала, и, кажется, напугал её.

Резко обернувшись, девушка затаила дыхание и уставилась на меня во все глаза.

— Вы?! Как вы…?! – она посмотрела по сторонам и спешно пыталась отереть слёзы. Будто я их не заметил. – Вы следили за мной?

— Пришлось, - дёрнул я плечом. – Я видел, как ты выбежала из подъезда. Без шапки.

— И каски, - натянуто улыбнулась девушка, и от этой её улыбки мне словно больно стало.

— Что у тебя случилось, Марьяна?

— Ничего, - шумно втянула она носом воздух, предпочитая не смотреть на меня вообще. – Просто вышла погулять перед сном. Говорят, полезно.

— Я видел, как ты плакала. Тоже полезно перед сном?

Марьяна вскинула на меня взгляд, в котором на секунду проскользнула паника.

— Вам показалось, - и она снова отвернулась от меня в сторону.

— Застегни куртку, холодно.

— Да, кхм, забыла, - девушка опустила взгляд на замок куртки, который обхватила пальцами, но трясущиеся руки не дали ей застегнуть замок.

— Я помогу? – спросил я аккуратно.

— Хорошо, - кивнула Марьяна, продолжая смотреть куда-то вниз.

Подойдя к ней чуть ближе, я слегка наклонился и застегнул замок её куртки до самого горла. Не спрашивая, надел на её голову капюшон и встал так, чтобы она была закрыта от ветра.

— Тебя бьют дома? – задал я вопрос в лоб.

Марьяна даже о печали своей забыла, посмотрев возмущенно мне в глаза.

— С чего вы, вообще, такое взяли?

— Сделал выводы из твоего поведения, скрытности и того факта, что сразу после возвращения домой, ты выбежала из него в слезах. Не первый раз, наверное?

— Господи… - шумно выдохнула Марьяна, возведя взгляд к звездному вечернему небу. – Меня никто не бьёт. Ни дома, ни ещё где-то. Хорошо?

— А в чём тогда дело? Что-то же явно не так, Марьяна. Ты часто улыбаешься. Почти всегда с улыбкой. Но твои глаза говорят об обратном. В них нет ни капли веселья.

— Я накапаю. Завтра же. Обещаю, - она снова натянула на губы улыбку, но та мгновенно схлопнулась, как мыльный пузырь.

— Не расскажешь, почему плачешь?

— ПМС, - неясно дёрнула она головой. – Каждый месяц, традиционно. Вы же взрослый, должна понимать.

— А если честно?

Марьяна лишь отрицательно качнула головой.

— Я могу помочь?

— Никто не может, - произнесла она тихо и расплакалась, на этот раз не скрываясь.

Сердце защемило. На волне эмоций я прижал девушку к себе, позволяя ей выплакаться в рубашку. Пока она не сдерживала эмоций, тихо сотрясаясь на моей груди, я распахнул полы пальто и неуклюже завернул Марьяну вместе с собой.

— Расскажи мне, что происходит? – потребовал я тихо, уткнувшись подбородком в висок девушки.

— Не могу, - ответила она едва слышно.

— Почему?

— Больно.

— Мне теперь тоже. Расскажи. Возможно, я знаю выход.

— Иногда его просто нет. Хотя очень хочется. Очень, - всхлипнула Марьяна, пряча лицо у меня на груди. Я решил не пытать её дальше. Пусть просто отпустит себя и выплачется уже, наконец, вместо того, чтобы играть позитивную классную девчонку. – Она умирает, - вдруг шепнула Марьяна.

На секунду показалось, что мне послышалось.

— Кто?

— Мама.

— Что с ней?

— Онкология. Мозг.

Я шумно втянул носом холодный воздух и прикрыл глаза.

Твою мать!

Так вот почему тогда в машине Марьяна задала тот странный вопрос о том, какого это - принять смерть родителей.