Книга Развод. А была ли месть?, страница 86 – Дора Шабанн

И направился к себе. Там ожидало «горящее» и «проблемное». Ну и, как водится, весьма дорогое.

Работы с приходом Нового года стало, кажется, только больше, так что он опять мало спал, редко ел, чаще пил по вечерам, и почти не бывал у матери.

Вдруг, в первых числах февраля, когда они едва выдохнули, после доклада в Москву о состоянии дел, родительница позвонила сама:

— Костенька, приезжали дети. Владушка и Марьяну с собой привела. Принесли мне рисунки, да яблок вот моих любимых… — голос шелестел чуть слышно, и ему впервые стало не по себе.

Словно это был тихий, мерный шепот из-за грани.

— Мам, сегодня к тебе заеду вечером. Обязательно. Прости, замотался… — покаялся и повинился сразу.

И ни на какие уговоры матери: «поберечь себя и лучше поспать», не поддался. Так и просидел вечером у ее постели часа два, держа за руку и слушая — слушая — слушая.

Хорошо, что поехал тогда, ведь двадцатого февраля ее не стало.

На похороны явились немногие.

Холод. Пустота. Одиночество.

Он, казалось, не чувствовал ничего другого.

Перестал.

Застыл. Замерз.

И дышать-то мог, только если делал глоток из серебряной фляжки, подаренной на какой-то юбилей бывшим тестем.

Старый алкоголик толк в подарках знал, да.

На кладбище рядом с могилой были лишь несколько коллег, да ещё пара человек, которые узнали о событии случайно.

Само мероприятие прошло быстро, или это ему теперь так казалось?

А когда все присутствующие, выразив свои формальные соболезнования, тихо разошлись, он оставил на холмике горсть конфет и бездумно двинулся в сторону выхода.

Подойдя ближе к ставшей когда-то роковой для него часовне, услышал разговор на повышенных тонах, что в принципе для кладбища было достаточно странно. Но еще больше удивился, когда понял — кто это.

Надо же, Тимофей и Снежана не только явились, но и ссорились.

— Ты меня обманул! Обещал, что Котик на мне женится! А он и не собирается. Да он даже не думал об этом никогда. Как шлюху меня только использует… — Снежка негодовала, хотя с чего бы?

Он всегда был максимально конкретен:

— Ты — развлечение. Знай свое место.

Откуда этот бред про брак-то?

— Не передергивай, я не твой любовник! — Тимка осклабился. — Я тебе сказал, что Константин будет свободен. Я знал, что жена гарантировано с ним разведется, если узнает об измене…

Вот ведь скотина, а не друг-с-песочницы.

Снежка шмыгнула носом и проныла:

— Ну и что?

— Как что? Она с ним развелась, Костик давно уже свободен. Вперёд! — Тимофей демонстративно развел руками, и так захотелось выйти к ним сейчас, да высказаться от души, но сдержался.

И к лучшему, да.

Снежана вдруг мерзко хихикнула:

— Тебе-то тоже с его «бывшей» не сильно повезло…

А у него снова сдавило сердце: то есть это изначально был план. Развести их с Натали. И он, как лох, повелся.

— У меня все впереди, — хмыкнул Тимка. — Сейчас Натуся успокоится, перестанет вспоминать, как у них все было зашибись с Костиком, Влада в ВУЗ поступит, и самое время придёт звать умничку Натусечку замуж. Я как раз квартиру доремонтирую. Будет им с Янкой, куда переезжать. А ты иди утешь страдальца…

Аж в глазах от ярости потемнело.

Ему — эту шлюху, а сам к Натали намылился?

Да, так и подумаешь, что этот ее «пацанчик» сейчас очень к месту.

Если рискнет и явится, то полетит ведь прочь Тимка в трех ботинках…