Книга Дом для счастья, страница 10 – Яра Славцева

— Только с теми, кто способен выдержать правду.

— Самоуверенно.

— Зато эффективно.

— Или просто удобно для вас.

Я повернулась к нему.

— А для вас что удобно, Матвей? Делать вид, что проблема в мебели, а не в том, что вы оба ходите вокруг этой жизни на цыпочках, будто боитесь дотронуться?

Слова вылетели быстрее, чем я успела их остановить.

Тишина стала ледяной.

Он смотрел на меня неподвижно.

Жестко.

Опасно.

Вот теперь я действительно перебрала.

— Простите, — сказала я первой. — Это было лишнее.

Матвей молчал еще несколько секунд.

Потом очень спокойно произнес:

— Да. Лишнее.

Я стиснула пальцы.

— Я выйду на воздух.

И, не дожидаясь ответа, пошла к балконной двери.

Холод ударил в лицо почти с облегчением.

На улице уже совсем стемнело. Сосны качались в ветре, где-то далеко лаяла собака, дом за спиной дышал светом из окон. Я вцепилась в перила и выдохнула.

Ну молодец, Арина.

Просто блестяще.

Вторая встреча — и уже полезла мужчине под кожу так глубоко, будто имеешь право.

Дверь за спиной открылась.

Конечно.

Кто бы сомневался.

Матвей вышел на балкон и встал рядом. Не слишком близко. Но достаточно, чтобы я чувствовала его присутствие всем телом.

— Я не хотел вас обидеть, — сказала я, не оборачиваясь.

— Я знаю.

— Но обидела.

— Да.

Честно.

Как всегда у него — если уж говорит, то без смягчающих подушек.

Я кивнула.

— Тогда извините.

Он помолчал.

— Принято.

— Спасибо.

— Но вы не совсем ошиблись.

Я резко повернула голову.

Матвей смотрел вперед, в темноту.

— Я действительно боюсь, — сказал он тихо. — Только не хаоса. Ошибиться. Сделать так, что ей здесь будет плохо. Или что она однажды посмотрит на меня и подумает, что со мной нельзя чувствовать себя дома.

Вот теперь мне стало по-настоящему стыдно.

Потому что я попала. И знала это. Но не имела права бросать человеку правду в лицо как камень.

— Она так не подумает, — сказала я мягко.

Он усмехнулся одними губами.

— Вы уверены?

— Да.

— Откуда?

Я наконец посмотрела ему прямо в лицо.

— Потому что она уже сейчас знает, что вы хороший. Просто снаружи злой.

На этот раз он рассмеялся тихо.

Совсем коротко.

И от этого смеха в груди что-то болезненно, сладко качнулось.

— Вам идет, когда вы не защищаетесь, — сказал он вдруг.

— А вам — когда не командуете.

Серые глаза задержались на моих губах. На миг. На долю секунды. Но я заметила.

И он понял, что я заметила.

Черт.

Воздух между нами вдруг стал опасным, как перед грозой.

Мне хватило ума сделать шаг назад первой.

— Завтра я приеду еще раз, — сказала быстро. — Уже работать. Мне нужны будут замеры, фото, разговор с Лизой и ваше терпение.

— С последним сложнее всего.

— Придется постараться.

— Ради вас?

— Ради дочери.

— Жаль, — тихо сказал он.

Я замерла.

— Почему?

— Потому что ради вас я бы постарался сильнее.

Вот же.

Вот же невозможный человек.

Я открыла рот, чтобы ответить чем-нибудь острым, спасительным, привычным, но в этот момент из комнаты донесся сонный детский голос:

— Пап, а вы долго еще будете там смотреть друг на друга?

Мы оба резко обернулись.

Лиза стояла в дверях, щурясь и прижимая к груди плюшевую лису.

— Я уже хочу спать дальше, — сообщила она. — А у вас тут как в кино.

Матвей прикрыл глаза рукой.

Я не выдержала и расхохоталась.

Именно так, кажется, и был окончательно разрушен остаток нашей с ним безопасной дистанции.