Книга Антикафе «Чайный час», страница 53 – Алиса Тиллит

От такой реакции я улыбнулась шире, а тревога, сжимающая грудь, отпустила. Мне все еще предстояло узнать этого парня, ведь большая часть его прошлого оставалась загадкой. Но, проводя с ним столько времени, я легко догадалась, что оно у Дениса было несладким. Именно поэтому мне так важно было его порадовать. Показать, что есть люди, которым он небезразличен. Что хорошее можно найти даже в мелочах, нужно лишь открыть свое сердце. Я стремилась видеть его искреннюю улыбку чаще и быть ее причиной.

Денис листал книгу и периодически останавливался, чтобы рассмотреть яркие иллюстрации. Гнетущие мысли отошли на второй план, и я была счастлива, что моя маленькая миссия увенчалась успехом. Денис напоминал маленького мальчика, которому подарили именно то, что он просил.

— Стась, правда, спасибо. Книга прекрасна. – Дэн запустил руку в волосы и снова широко улыбнулся. – Я и не ждал никакого подарка. Мы ведь друг другу никто, а ты так заморочилась…

Все, что он говорил дальше, пролетало мимо, а слова «мы друг другу никто» зазвучали в голове на репите: «Никто… никто… никто». Надежды, которые я так бережно взращивала внутри все эти дни, рухнули в один миг, словно карточный домик. Я часто заморгала, чтобы сдержать слезы, которые подступили к глазам. «Нет, сейчас плакать мы не будем», – твердо сказала я себе и силой воли заставила себя продолжать улыбаться.

— Рада, что тебе понравилось!

Денис не заметил подвоха, полностью сосредоточившись на книге, а я желала провалиться сквозь землю. В груди плескался адский коктейль из разочарования и злости. На саму себя. Напридумывала чувств и взаимности, а Денис просто развлекался. «Приехали, конечная», – горько усмехнулась я про себя. Боль оттого, что Денис не видел во мне никого, кроме коллеги, затопила сердце. Хотелось кричать, пока не станет легче, но я только кивала Денису, который все говорил об этом чертовом «Гэтсби». Колокольчик над дверью спасительно звякнул, и впервые я была благодарна тому, что нас прервали.

Настроение после дня рождения Дениса держалось стабильно в районе нуля. Хотя винить в этом можно было только саму себя: наши ожидания – наши проблемы. Я видела, что с Лизой тоже что-то происходит. Она все время уходила в себя, невпопад отвечала на парах или вовсе ничего не говорила. В таком состоянии мы не могли друг другу помочь, поэтому просто были рядом. Вместе делали домашнее задание, смотрели какие-то глупые фильмы, сюжет которых был нам неинтересен, и пили кофе. Иногда этого было достаточно: просто быть рядом с тем, кто тебя любит, не надевая маску веселья, когда единственное, чего хочется, – это покоя.

В тот день я пришла в университет рано и сидела в аудитории, дорабатывая скетч для антикафе. Студенты часто приходили работать именно в стенах вуза, и я понимала почему: нам нравилось чувствовать себя частью большого коллектива, в котором каждый пусть и работал над своими задачами, но не в одиночку. Страдать всегда легче вместе с кем-то. Народу было мало, одногруппники занимались своими делами, попивая кофе и клацая по клавишам ноутбуков. Я уже третий раз стирала одну и ту же линию, но выходило не то. Когда дело касалось рисования, во мне просыпался перфекционист, которому было невозможно угодить. Со вздохом бросив скетчбук на стол, я потерла глаза и посмотрела на экран телефона. Едва взгляд упал на дисплей, как на нем с тихим звуком всплыло сообщение.