Книга Опекун для хулиганки, страница 14 – Диана Фад

— Не сбежала? — рядом со мной появляется опекун, а я невольно вздрагиваю, так ушла в свои мысли. — Долго тебя нет.

— А куда мне бежать? Вот узнаю, что ты меня обманул и никаких денег нет, тогда сама уйду, — пожимаю плечами и поворачиваюсь, чтобы уйти в дом.

— Почему ты мне не веришь? — злится дядя Жека. — Мне какой интерес тебя обманывать?

— А я в принципе в чудо не верю, — отвечаю, не глядя ему в глаза. — Если ты хочешь поиграть в благородного и доброго дядюшку, друга моего отца, то можешь не стараться. Все равно не поверю. Ты уже один раз бросил моего отца, впрочем, не ты один. Бросишь и меня. Поэтому нет смысла привыкать и друг перед другом расшаркиваться.

— Какая ты… Стала, — задумчиво произносит дядя Жека. — Забыл спросить, ты учишься или работаешь?

— А это уже не твое дело. Все, что тебя касается, это отвезти меня к нотариусу, а дальше будет видно.

— Но почему бы не сказать? Я же не в душу тебе лезу с разговорами, — еще больше сердится опекун.

— А ты туда и не залезешь, — хихикаю я, подзывая к себе Басю. — Туда никто уже не пролезет, так что успокойся.

Тянусь и хлопаю его по плечу, скрывая смешок, когда вижу удивленное лицо дяди Жеки. Но это я специально, типа по-дружески.

— Давай, бро, дыши воздухом, — открываю дверь в дом. — И тапочки не забыть постирать.

Хлопаю дверью, оставляя дядю Жеку на улице, и с улыбкой на губах иду на кухню. Пусть постоит там, подумает.

— Тарасов, кто такой бро? — тихо спрашиваю Игната, когда они с Сонькой собираются домой.

— Бро? — удивленно хмурится тот, но потом расплывается в хитрой улыбке. — А ты не знаешь?

— Не то чтобы…

— Понятно, гугл в помощь, Жень, — Игнат ржет, и они с Сонькой уезжают, а мы остаемся с девчонкой вдвоем. Нет, втроем. Еще собака ее, которая нагло развалилась в прихожей на моей упавшей на пол куртке.

Наклоняюсь, вытягиваю из-под собаки свою куртку, а та рычит, зубами цепляет.

— Может, она и правда бешеная у тебя? — поднимаю куртку, на которой в мертвой хватке висит собакен и лапами в воздухе дрыгает.

— Сомневаюсь, что именно Бася болен, — шипит Ангелина и пытается отодрать щенка, но тот вцепился так, что только вместе с челюстью оторвешь.

— Ладно, другую надену, — ворчу я, кидая куртку обратно на пол. — Со стола убери.

— Я⁈ — возмущается девчонка, а я киваю, не глядя на нее.

Прихватываю с кухни остатки коньяка, нарезку лимона и иду к себе в комнату. Сейчас развалюсь на кровати, включу футбол, а эти пусть делают что хотят.

Надо сказать, что в девчонке что-то есть, спорить не стала. Ушла на кухню, возится там, посудой гремит, ну и ладно. Когда она занята, мне как-то спокойнее. Сам не заметил, как вырубился под телевизор, даже к коньяку не притронулся. Оно и лучше, мне на дежурство в ночь. Не представляю, как тут девчонку одну оставить, но не держать же ее все время взаперти?

Утром спустился на кухню, ведомый на запах выпечки. Блинчики? Да быть не может! Носом чую, что вкусное что-то. И точно, Ангелина в какой-то белой пижаме с красными маками стояла у плиты и ловко орудовала сковородкой. Точнее, подкидывала тонкие блинчики, переворачивала. Я даже рот открыл от удивления. Не ожидал от нее такого искусства.

— Не обольщайся, дядя Жека, — бросила на меня веселый взгляд. — Это все, что я умею готовить. Бабушка в свое время научила.