Книга Пока не развели мосты, страница 52 – Анна Аникина

Бодровский после семинара, пока Алла общалась с коллегами, перехватил ведущую. Сказал, что у Аллы тема диплома по её специализации. Та воодушевилась.

— Ваша жена настоящий талант. А Вы — огромный молодец, что сами развиваетесь и её поддерживаете. Вот мой мейл. Жду текст диплома. И с удовольствием напишу рецензию.

Юра даже возражать не стал, что Алла ему не жена. Разве важно? Хотя... Если подумать, то очень важно.

После общения с большим количеством людей захотелось тишины.

— Давай убежим, — Алла потянула Юру за руку.

Они бродили за руки по мокрым дорожкам лесопарка вокруг пансионата. Дошли до озера. Долго смотрели на воду. Алла устроилась в Юриных объятиях. Сделала глубокий вдох.

— Юрочка... Как же хорошо...

Юра держал Аллу в кольце своих рук. Дышал ей в макушку.

— Когда я был маленьким, мы приезжали сюда... Вот там, справа, был причал. И лодки. Папа тогда катал нас по озеру. Мама боялась открытой воды. А я совсем нет.

— Тебе не бывает страшно, когда берега не видно?

— Честно? Я бы не назвал это чувство страхом. Скорее — уважение к стихии. Море — оно же живое. И очень сильное. Мы для него — песчинка. Не только один человек, но даже громадный корабль.

— Ты скучаешь по нему?

— Есть такое... Там, знаешь, всё сразу настоящее. Не понарошку. И шансов переиграть нет.

— Думаешь, на берегу люди менее настоящие?

— Нет... Просто земля под ногами даёт фору. Ты не замёрзла? — Юра взял Аллочкины ладони в свои. Погрел дыханием, — Надо перчатки.

Алла опустила глаза. У неё были. Но простенькие. А рядом с Юрой хотелось быть хоть сколько-то элегантной.

В номере было тепло. За окном зажглись фонари на всей территории пансионата. Дождь пошёл. Когда за окном мокро и холодно, тепло особенно ценится. Алла застыла у окна. Юра подошёл со спины. Подал чашку с чаем. Алла понюхала.

— Что ты добавил?

— Каплю коньяка. Ты против?

— Совсем нет. Просто я никогда не пробовала. Только водку.

Юра вопросительно поднял брови.

— Тоже, чтобы не заболеть. Один раз.

— Чудо ты моё чудесное, — Юра обнял Аллочку за плечи.

Убрал в сторону её волосы, поцеловал за ухом.

Аллочка обернулась. Подняла на него глаза. Поставила чашку на подоконник. Прошлась кончиками пальцев по пуговицам Юриной рубашки. Руки подрагивали. Хотелось расстегнуть эти пуговицы и прижаться губами к его коже. Аж жарко стало от этого жгучего желания.

Юра поймал её ладонь. Поцеловал в самый центр, не отпуская взглядом.

Алле не было страшно. Ну разве что, самую малость. Она давно этого хотела. Заниматься любовью с единственным и неповторимым мужчиной. С потрясающим, чутким и нежным. С тем, чье сердце сейчас гулко и часто билось под её ладонью.

Юра замирал и плавился от этих прикосновений. Алла расстегивала его рубашку пуговица за пуговицей так, будто ничего важнее сейчас в её жизни нет. В её глазах плескалось Средиземное море в солнечный день. Кончики пальцев дрожали от волнения. Юра ловил ощущения. Смаковал их. И видел, как чутко Аллочка отражает его реакцию. Как отзывается на каждый его поцелуй. Как не говоря ни слова требует ласки. И кто он такой, чтобы отказать любимой?

Утром у Аллочки болела каждая мышца. Совсем не к случаю вспомнилась бабушка, которая заставляла делать зарядку и растяжку, даже когда фигура была очень далека от идеала. Надо снова взять себя в руки и выделить время утром. Хотя в её утре места для себя почти не было.