Книга Ты моя тайна. Муж моей сестры, страница 32 – Таня Ульянова

Она подмигнула мне, и в этом взгляде было что-то понимающее, тёплое.

— Потом созвонимся, — добавила она, быстро обнимая сначала Еву, потом меня. — До вечера.

— Давай, — тихо ответила я.

Через пару минут Рита уже исчезла за стеклянной дверью кафе, растворившись в сером дне.

Мы остались втроём. Я, Ева и Алиска, бегающая с другими детьми в игровой.

— Ну что, поехали? — я встала из-за стола, бросив взгляд в сторону игровой комнаты.

Алиска как раз выбежала к нам сама, с растрёпанными волосами и горящими глазами. Она оживленно смотрела то на меня, то на Еву.

— Мам! Там такая горка! И ещё… и ещё… — Алиса лепетала без остановки как заведенная.

Она говорила быстро, захлёбываясь словами, будто боялась что-то забыть.

Я рассмеялась:

— Всё, всё, расскажешь по дороге.

В машине Алиса устроилась сзади, между мной и Евой, и почти сразу снова начала говорить.

Серьёзно.

Сосредоточенно.

С таким видом, будто обсуждала крайне важные вопросы. Как взрослая.

— …и потом она сказала, что это не её игрушка, а я же видела, что её! — возмущённо объясняла Алиса, нахмурив брови, так словно это бвла самая большая проблема в ее жизни. — Это же неправильно, да?

Ева кивнула, внимательно слушая, я же смотрела на них, боясь нарушить момент.

— Неправильно. Но, может, она просто не хотела делиться? — Ева взяла Алису за руку, слегка улыбаясь.

Алиса задумалась.

— Тогда надо было сказать честно.

— Надо было, — согласилась Ева.

Я, сидя рядом посматривала на них, и замерла на секунду.

Ева… улыбалась.

Не так, как в кафе — вежливо и натянуто.

А по-настоящему. Легко. Почти забыто.

Она слушала Алиску с искренним интересом, иногда задавала вопросы, кивала, и в её голосе появлялось тепло.

Настоящее.

Живое.

Алиса же, почувствовав внимание, окончательно разошлась.

— А ещё там был мальчик, он сказал, что он супергерой, но у него вообще не было костюма! — возмущённо продолжала она. — Это же странно?

Ева тихо рассмеялась.

— Может, у него невидимый костюм…

Алиса округлила глаза, так словно ее осенила самая большая догадка.

— Точно!

Я не удержалась и улыбнулась, глядя на них.

Я не вмешивалась.

Не хотела разрушать этот момент.

Просто сидела рядом, слушала их голоса и ловила себя на мысли, что напряжение, которое я почувствовала в кафе, постепенно исчезает.

Будто кто-то осторожно приоткрыл окно, впуская в Еву немного воздуха.

И я впервые за долгое время почувствовала… надежду.

Что, возможно, ещё не всё потеряно.

И та прежняя Ева вернется.

* * *

Дверь тихо закрылась за нами, отрезая шум улицы.

Квартира встретила нас привычной тишиной и лёгким запахом чего-то домашнего — то ли ванили, то ли недавно выстиранного белья.

— Проходи, — бросила я, скидывая обувь. — Чувствуй себя как дома.

Алиса быстро разувшись, маленьким ураганчиком понеслась в гостиную.

— Я сейчас! — крикнула Алиска на ходу.

Ева слабо улыбнулась, снимая пайту, и медленно прошла следом.

Я задержалась на секунду, глядя им вслед, а потом направилась на кухню.

Чайник зашумел почти сразу.

Я двигалась привычно — достала чашки, заварку, машинально поставила всё на поднос. Руки работали сами, а мысли… были совсем не здесь.

Перед глазами всё ещё стояла Ева.

Её взгляд.

Её тихий голос.

И эта едва заметная усталость, которая никуда не делась, даже когда она улыбалась.