Книга Последний вздох, страница 118 – Эмма Пиньятьелло

Они приехали сюда, чтобы показать неправоту Ла Маркас. Кларксон искал доказательства того, что Барбарани – законные владельцы патента на сангве. Но если Маттео так же легко обвел Кларксона вокруг пальца, как и ее, то как тогда понимать смерть ее друга? Зачем Маттео желать его гибели, если поиски адвоката в доме на озере Орта лишь сыграют ему на руку и докажут его правоту?

— Мои эксперты проанализируют вино, – продолжал Роман. – Но мой предварительный анализ указывает на то, что эти бутылки хранились в доме как минимум пятьдесят лет.

— Так это и есть оригинальное фамильное вино. – Нелла посмотрела на озеро из окна ресторана. – Те самые оригинальные бутылки, которые Ла Маркас и мой дед сделали вместе в Австралии?

Вместе. Это понятие не укладывалось у нее в голове. Оно противоречило всему ее мировосприятию. То, что ее дед и его заклятый враг когда-то были деловыми партнерами. Что они вместе улыбались для фотографии. Вместе подписались внизу рецепта, который создали общими усилиями.

Но ее дед предал своего партнера. Почему?

А затем Эмилио Барбарани умер. При подозрительных, как утверждали Барбарани, обстоятельствах.

От естественных причин, как настаивали Ла Маркас.

— Я отправлю несколько бутылок своим экспертам в Австралию для независимого анализа. – Нелла ненадолго обрела голос, хотя он срывался, пропадал и вновь появлялся, словно плохая радиосвязь. Ей было невыносимо сознавать, что у нее совершенно нет контактов в винном мире, а значит, придется обращаться за помощью к Тому. Она сделала еще один глоток уже теплого напитка, почти осушив бокал.

Роман вежливо кивнул, но они оба знали – это бесполезная затея. Анализы покажут, что вино изготовлено по тому самому рецепту, на котором семья Неллы сколотила состояние и на котором она продолжает зарабатывать по сей день. Они покажут, что вино было изготовлено в то же время, когда была сделана эта фотография, доказывая: эти двое создали его вместе.

Роман рассказывал о том, как проводится экспертиза вина, а Нелла наблюдала за каплями конденсата, стекающими по его нетронутому стакану с газированной водой. В ушах у нее звучал голос Дейзи.

– Фотография ничего не доказывает, Нелла. Она лишь дает основание предполагать, что эти двое вели бизнес вместе. Но это же не контракт, верно?

— Доказательная база Ла Маркас строится на балансе вероятностей, – возразила ей Нелла. – Они должны были лишь убедить судью и присяжных в высокой степени вероятности того, что рецепт принадлежит им. Это не уголовный процесс, где нужны неопровержимые доказательства. Фотография, вино, которое мы нашли, – этого более чем достаточно.

Нужно позвонить Тому. Нужно рассказать матери. Всей семье. Всем, кто полагался на нее в разрешении этой ситуации.

Неудивительно, что Кларксон ничего не сказал Тому. Что бы он сделал, добравшись до острова Сан-Джулио? Если бы ему удалось уговорить Ариану достать для него ключ. Бросил бы Кларксон вино в воду? Сжег фотографию? Как? Он не смог бы попасть в дом без Арианы или кого-то из Ла Маркас. И она ни за что не стала бы молчать.

Нелла со злорадством представила, как Ариана страдает от приступа рвоты у себя в номере наверху, где за ней присматривает Дейзи. Но это уже не имело значения. Нелла сделала то, чего никогда не должна была делать: доверилась Ла Маркас. Отрицать тот факт, что они нашли вино, было уже невозможно. Ариана все видела. И Роман подтвердит ее показания. Доказательства попадут в суд, независимо от того, представит она их сама или нет. Все кончено.