Книга Женщина для утех семьи Бэкхейм, страница 80 – Ефимия Летова

Впрочем, уже четыре года нам нечего было делить, так что…

— Римия, — внезапно произнесла леди Кариса, и я поняла, что даже голос её забыла. Поняла, что она помнит моё имя и даже обращается ко мне без особых заморочек!

— Тебя же зовут Римия, верно? — леди Кариса вдруг ухватила меня за рукав и заглянула в глаза, требовательно и в то же время почти растерянно.

«Сорок пять умножить на семнадцать, — пронеслось у меня в голове. — Будет… будет… семьсот шестьдесят пять».

А вслух я не сказала ничего — только кивнула.

Леди потянула меня вглубь молильного уголка, к чёрной глухой портьере, а я засомневалась, не двинулась ли она умом и не пора ли вырываться и звать на помощь. Хрупкая, почти прозрачная на вид, вдова обладала удивительной силой. Её глаза, всегда такие блёклые, воинственно сверкали, и двигались она куда резче, чем всегда.

— У меня приехал сын, — скороговоркой произнесла леди Кариса. — Авертер. Наш с Соделем единственный сын. Ты, вероятно, слышала. Да, и видела тоже, на оглашении наследства.

— Да, — осторожно ответила я, не понимая, к чему она клонит. Хочет пригрозить, чтобы не сводила с пути истинного её сыночка? Так он, похоже, стоит на этом пути крепче вбитого в деревяшку гвоздя, нет нужды беспокоиться.

— Чораев Викон, познакомил его с этим храмовником, главным у них, — зло проговорила леди Кариса. — Даже Содель ничего не смог поделать. Они там все сумасшедшие! Знаешь, почему Авертер вернулся⁈

Откуда, интересно, я могла бы это знать⁈ Я медленно покачала головой и покосилась на увесистый серебряный подсвечник, прикидывая, смогу ли в случае чего огреть им леди по голове.

— Это наказание! — леди истерично фыркнула. — Представь себе: это такое наказание для него! Чораевы храмовники наказали моего сына приездом домой! А для начала отняли его у меня, он не приехал даже на похороны отца. Они твердят о Творце, о благе, об истине, но на самом деле знаешь, что им нужно?

Я снова покачала головой.

— Война! Они хотят отправить его на войну с Ирталией, моего одарённого золотого мальчика. Хотят использовать его, как мясо, ведь он маг — магов всегда отправляют в самое пекло. Его попросту убьют. Если не в бою, то в гуще политических интриг. Я не могу этого допустить.

Я не знала, что сказать на это — и почему леди делилась именно со мной. На всякий случай я сделала максимально неопределённый жест — ни да, ни нет.

— Помоги мне.

Нет, она определённо сошла с ума. Чем я могу ей помочь, кто бы помог мне самой!

— Простите…?

— Творец простит, — леди отвернулась и смахнула слезы с глаз. — Аверт официально собирается отречься от семьи, понимаешь? У него никогда не будет жены, детей, у меня никогда не будет внуков! У меня и сына-то не будет, только безликий безымянный храмовник, одинокий религиозный безумец… А когда меня не станет, он… Помоги мне, а я помогу тебе.

Второй человек за день предлагает мне помощь, мир определённо сошёл с ума.

— Тебя обвиняют в убийстве Викона, верно? Я всё слышала… В детстве мою служанку Лую обвинили в краже пяти тысяч хорров. Она была не виновата, в тот день бедняжка вообще гостила у родителей, а деньги украла моя двоюродная сестра, та ещё пройдоха, хоть и благородных кровей, все это знали, только доказать не могли. Луя повесилась в Хорренхайской Темени, не дождавшись суда.