Книга Женщина для утех семьи Бэкхейм, страница 280 – Ефимия Летова

— Сколько ты хочешь? — снова подал голос супруг. — У нас есть к тебе деловое предложение, выслушай и прими здравое решение, всё можно решить миром. Эта ваша школа — ерунда, не можешь же ты в самом деле хотеть этим заниматься, да и чему может научить детей такая… В нашей стране хватает и школ, и больниц, обойдутся без очередной мозгодавки. Мы дадим тебе очень приличную сумму. Уезжай из Азлании и забудь дорогу к этому дому.

— Зла тебе мы не желаем, — ксьёта взяла мужа за руку. — Но ты, вроде бы, неглупая особа и сама должна всё понимать. Я делаю это только ради своих детей и своей семьи. Неплохое пожизненное содержание… Маму не нужно расстраивать — скажи, что тебе не подходит здешний климат, да и всё. Будете обмениваться письмами раз в полгода…

— Нам не нужен такой пример для нашей невинной Венсенты, — подхватил ксьет Антруан. — Мирия говорила, что ты ждёшь ребёнка. Распутная женщина, не удержавшаяся от последствий… Прости, что называю вещи своими именами. И твой запоздалый брак с этим молодым человеком, несомненно, достойным…

— Если ты не прислушаешься к нам, мы будем вынуждены открыть ему всю правду, — твёрдо проговорила Лаурия. — Уверена, в твоих интересах, чтобы мы молчали.

…очевидно, о том, как и где мы познакомились с Авертом, доносчики супружеской четы не выяснили. Эта мысль оказалась такой ясной среди спутанного комка всех прочих мыслей и чувств.

Я встала, не чувствуя собственных ног.

— Я… я подумаю над вашим предложением.

— До завтрашнего дня, не дольше. Наша щедрость и милосердие не безграничны, имей в виду, — царственно кивнула мать Венсенты. Улыбнулась мужу — снисходительно, самоуверенно, удовлетворённо.

А я вышла из комнаты и пошла в комнату невинной Венсенты. Дверь была полуоткрыта, а двигалась я бесшумно, как привыкла за четыре последних года жизни в замке Бэкхейм.

Авертер и Венси сидели прямо на полу, на ковре, кажется, рассматривали акварельные альбомы. Рядом. Девушка почти склонила голову ему на плечо и что-то весело трещала, как весенняя птичка, а я вдруг почувствовала нечеловеческую усталость.

Вышла из дома и пошла наугад, куда глаза глядят.

* * *

Авертер нагнал меня где-то минут через сорок. Молча ухватил за плечи, прижал к себе. Крепко держа за руку, повёл куда-то, усадил в невесть откуда взявшийся экипаж и сел рядом. Притянул мою голову себе на колени — я не возражала и закрыла глаза.

— Что случилось?

Я не ответила. Стряхнула обувь, подтянула колени к животу — пола платья была в пыли и сухой траве. Авертер поглаживал меня по голове.

Достойный молодой человек, что и говорить. И каждый день все эти три недели выходит погулять без меня вечером на час, пока я принимаю ванну… А вдруг встречается с кем-то? Нет, так точно недалеко до паранойи.

— Если ты захочешь от меня уйти, говори прямо, — наконец сказала я тихо, его коленям, но он, кажется, не услышал.

— Я отругаю тебя завтра, сполна и от души, — предупредил Аверт дома с преувеличенной сердитостью, за которой пряталась вовсе не улыбка — полная растерянность, — а пока ложись спать, и только попробуй сбежать!

Я не возражала.

Вечером прибежала ксьёта Фария, что-то залопотала на своём, и Авертер отложил книгу, которую тихо читал, а я снова почувствовал укол мучительного сомнения. Я не подхожу ему, ни в чём, даже язык иностранный не могу выучить. Они все правы, а я…