Книга Хегг. (не) Злодей для шестой сестры, страница 76 – Лолита Моро

Совсем сразу не получилось, официант принес мне целый поднос еды. Поскольку есть, пока мой хозяин, по его собственному меткому выражению, «тряс яйцами на шесте», не удавалось, еда в горло не лезла, то я застряла на полчаса.

Если отставить в сторону мои восторги по поводу баланса и атлетизма господина артиста, то картина вырисовывалась неприглядная. Сначала он показывал товар лицом и задом, выделывая на пилоне кренделя, а потом, в перерывах между выходами, продавал себя всем способным заплатить. Шлюха— проститут. Я откровенно поежилась, когда две серьезных габаритов девицы, одетые в кожаные колеты, сапоги и зеленые галифе, вошли в его комнату отдыха. На рыжих кожаных поясах у них висели плетеные хлысты погонщиков драконов. Что они с красавчиком Хеггом сотворят?

Я закончила с ужином, подождала немного, дамы так и не вышли из артистической. В шуме кабаре звуки до меня не доносились. Я видела только еще желающих прикупить себе удовольствий от душки стриптизера. Они договаривались с толстяком Боллом. На меня стали обращать внимание, и я ушла.

Настроение испортилось. Всегда так: меньше знаешь, крепче сон. Какое мне дело? Есть у парня откровенно проблемы с сексом, как только здоровья хватает? Он на нем крепко сидит, не хуже, чем его приятель Фосс на грибах. Даже воображает себя Хёггом — богом похоти и разврата. Это его выбор, конечно, кем себя воображать. Просто жалко. Мне его жалко. Такой сильный, красивый и сумасшедший, бедолага. Умом не блещет, это правда. А кто блещет?

Я крепко задумалась над поиском мужчины, ум которого меня бы устраивал. И уснула, не найдя.

Хегг

— Болл! Драки не было! — я плюхнулся в кресло у стола, — никто не подрался!

Я показал свои мозолистые, но в остальном чистые, без синяков и ссадин руки:

— Они встали, как по команде и ушли. Уползли.

— Ты дьявольски везучий человек, милый, — Болл считал выручку, складывая золото в столбики по десять монет.

Солнце уже вовсю светило в окна столовой. Я ещё не ложился. Похмелье пока не наступило. Но было близко.

— Знаешь, сколько ты выиграл у этих надутых болванов?

Я небрежно махнул рукой. Неинтересно. Хотелось что-нибудь разбить.

— Около двадцати тысяч! Это больше, чем вся вчерашняя выручка от кабаре. Не хочешь вложиться в дело?

— только, если ваш кабак будет стоять в столице Империи.

— Считаешь, этот надо продать? — Болл потёр переносицу под очками. Когда он думал о деньгах, его можно было принять за приличного человека.

— Да. Дату передачи выбрать. Например, первое число следующего месяца. Я поверчу пока задницей. Ты соберёшь вещи. И адью! — я свистнул и нарисовал рукой со стаканом волнистую линию в воздухе, — только там вы будете справляться без меня.

Я заржал. Представил себе физиономии своей имперской компании при виде меня с голой задницей на пилоне. Последняя кровь! Лейтенант имперской гвардии! Начальник всей северной заставы. Покойник и. Дезертир. Когда случится обещанный Наместницей переворот, недовольные рекой потекут через мой кордон. Кого впускать. Кого сожрать. Надо регулировать процесс. Дыру заделать в стене. Деньги выбить из госсовета…

— Ты засыпаешь, малыш. Абдул помоги ему дойти до постели. Алкоголь отбери. Ему вечером работать, — меня подняли и повели.