Книга Хегг. (не) Злодей для шестой сестры, страница 70 – Лолита Моро

Я узнал печать. Герцогиня. Повертел в пальцах, прежде, чем сломать. Девчонка разок глянула и больше глазки не поднимала в мою сторону. Как же ей, наверное, хочется узнать, от кого письмо и что в нем. Перехочется. Я вскрыл конверт.

«Привет, мой любимый! Признаюсь, ты произвёл на меня впечатление сегодня утром. Впрочем, как всегда. Я планирую вернуться через месяц. Надеюсь застать на прежнем месте. Если получится, конечно.

Теперь важное. В этой стране готовится переворот. Губернатор не устоит. Ни во что не ввязывайся. Деньги (если есть) выведи в наши банки. К власти идут военные. Для твоих друзей артистов наступят трудные, невозможные времена. Когда запахнет порохом, не раздумывай. Сразу возвращайся. Люблю. Твоя Лиз.

PS. В моей конюшне новый жеребец. Вороной, как ты любишь. Попробовать не желаешь?"

Я встал, поджог письмо от золотой зажигалки. Дорогая бумага горела плохо. Вороной новый жеребец. Заманивает, красавица, меня, как того жеребца, на случку, в стойло поставить желает.

В воздухе отчетливо запахло Империей. Большой политикой и женскими хитростями. Не хочу. Порохом пока не воняет. Хотя…

Я посмотрел на своих друзей. Да. Развесят вояки их за члены на городской стене запросто. И меня с ними заодно.

— Где мы держим наши деньги?

Болл испуганно поднял голову. Я кивнул.

— Выводи за Северный хребет.

— Откуда?

— Ночная птичка напела, — я улыбнулся.

— Верное слово?

— Вернее не бывает.

— И скоро? — мгновенно врубился Фосс.

— Хёгг знает? Месяц, плюс-минус неделя.

— Всеблагая! — вспомнил родную веру Болл. Побежал в кабинет.

— Дай мне сигарку, Боб, — я сел обратно в кресло у стола.

Он толкнул по скатерти золотой портсигар. Сколько же его у нас, этого золота? Закурил. Выпить бы. Гребаная жизнь снова приближалась ко мне вплотную. Ну нет, не сразу, не так быстро. Погуляю пока, сколько получится. Есть у меня еще здесь дела.

Лиля помалкивала, плотно сжав упрямые губы. Глаз от скатерти не поднимала.

Лиллианна

Хегг внезапно отложил сигару, поднялся на ноги и ушел. К себе в комнаты направился, судя по скрипу ступеней под его тяжелыми шагами.

Он забыл обо мне, и не впервые. В такие минуты или даже часы я, почти наверняка, могла бы легко выйти из здания наружу, пройти через ворота и покинуть территорию Кабаре. И вряд ли меня кто-нибудь остановил бы и не позволил. Я даже примерно представляла себе, как выглядит город там, за белым каменным забором, ведь я ездила туда в карете несколько раз. И куда бы я пошла без денег, без документов? Без чадры или хотя бы платка на голове, без мужского сопровождения? В этом мире у молодой женщины без сильного покровительства шансы дойти до конца улицы стремятся безнадежно к нулю.

Поэтому никто меня не охранял, не следил и не собирался даже. Уйти за забор в свободное плавание могла только самоубийца.

— Ты хочешь принять участие? Ты с ума сошел? — испуганно-сердитый крик Фосса во дворе заставил меня и слугу официанта пулей вылететь из столовой, — ты покалечишься, парень! Кто работать будет? Болл зови Абдулла, Пьер сюда! Не дайте ему выйти за ворота!

Мгновенно возник переполох и суета. Бегали в белой одежде кухонные и ресторанные люди. В темной форме выскочила охрана с длинными палками в руках. Широкими шагами пришел гигант Абдул и молча встал на ворота, скрестив руки на груди. Болл без затей заголосил тонким криком. Венчал беготню звонким лаем Флинт. Скакал кругами и хватал всех за полы рубах и халатов.