Книга Хегг. (не) Злодей для шестой сестры, страница 26 – Лолита Моро

С десяти вечера начинается ревю. У меня три выхода за ночь. Успех, по словам моих хозяев, прет нереальный. Да Неназываемый с ним! Трюки меня не напрягают. Жаль только, что в затемнённом зале я не вижу никого. Есть эта пресловутая публика или нет её? Хлопают в ладоши громко. От души. Похоти настоящей не чую. Женщины есть там, где-то в темноте? Никто не желает моего расписного тела. Вот я желаю. Хоть кого-нибудь. Хёгг!

лейтенант Хегг

Жара в этих землях началась внезапно. Накануне ночью укрывался одеялом, а сегодня хочется снять с себя все, вплоть до шкуры. Мне нравилось. Я же с юга. С какого, не помню. Вечером тяжеловато. В ресторане, пока работаю, прохладно. Как-то они колдуют там по-своему. На улице и в моей каморке — мрак. Вода на теле высыхает быстрее, чем успеваю вытирать полотенцем. Батлер мой, Зина, где ты? Зов не посылаю никому. Нет меня. Сначала выкуплюсь, потом будет видно.

Сегодня после репетиции колол дрова для камина. Какой камин?! На улице ад кромешный. Пот тек с меня ручьем. Гора круглых пиленных бревен высилась до окон второго этажа. Я не сдавался и махал топором, как заведенный.

Черный Абдул сидел на свилеватом чурбане и покуривал трубочку. Его табак пах приятно и незнакомо.

— Он у нас концы не отдаст? — обеспокоенно заявил Болл, появляясь в белой рубахе до пола на минуту в обжигающем мареве улицы, — красив сатана! Смотрел бы и смотрел!

— Ничего страшного, — ответил глухим голосом чернокожий, — этот парень выносливее пары черных слонов. И потом, если он силу не сольет, то, пожалуй, изнасилует кого-нибудь к ночи.

И Абдул закашлял прокуренным смехом.

— Похоже, что именно этого кто-то и добивается! — сердито воскликнул толстяк и скрылся в доме.

— Эй, Слепой! Шабаш на сегодня! Как ты по пальцам не попадаешь? — посмеялся черный раб.

Изображение под веками висело красно-белым негативом. Мой топор не промахивался.

Я стоял под едва теплой водой, смывая липкий пот. Рука грубая, шершавая погладила по мокрой напряжённой спине. Вторая. Жестко взяли за плечи, разминая. Надо бы стряхнуть с себя чужие руки, чтобы не лезли без разрешения, но не устоял. Пусть поработает. Дать в рыло всяко успею. Стоял под горячими струями и балдел от жесткого массажа. Ничья плоть не тревожила моего расписного зада. Только моя собственная постоянно норовила показать полдень.

— Девки по вызову есть здесь? — спросил, не оборачиваясь.

— А надо? — поинтересовался равнодушно черный гигант Абдул, вталкивая железные пальцы в мои позвонки.

— Надо, — твёрдо признался я, — хочу пожрать. Потрахаться. Можно сразу двух, — перечислил я свои немудрящие желания.

— Это можно устроить, — спокойно сказал мне этот большой чёрный человек, — тут недалеко.

— Так веди! — радость поднялась к паху и все там зажгла.

Шли мы недолго, но неровно, с остановками и перерывами, словно прятались от кого-то. В конце концов попали в такую плотную тень, что Абдулу пришлось взять меня за руку. Спустились на три ступеньки, поднялись, спустились снова. Я машинально считал повороты и чувствовал себя почти идиотом. Куда иду? Но похоть жестко давила на мозг. И я забил на здравый смысл.

— Здесь, — объявил провожатый и исчез из моей слепой жизни.

Я наспех ощупал кровать. Так и есть! Моя нынешняя каморка. Развел меня черный гад. Прохладные ладони надавили на плечи, я не устоял на ногах, плюхнулся на покрывало. Поставил неизвестное чудо перед собой. Платье. Хорошо. Запах странный. Вроде бы женщина? Ладно. Тонкие губы, быстрый язык. Кожа гладкая, даже чересчур. На платье миллион оборок и складок. Я еле откопал нужное, Сил сдерживаться не осталось. Я вогнал член в долгожданное нутро. Не помню, когда это в последний раз было со мной. Со мной! В пору смеяться. Сам бы хохотал. Чуда не произошло. Я кончил. Разрядился, наконец. Без фейерверка, но зато наяву.