Книга Кто вы, профессор Верещагин 1, страница 95 – Татьяна Матуш

А дальше — тупик, глухой забор. Тихо журчит канавка с водой. Заброшенный сарай, утопающий в кустах смородины. Место идеальное, хоть целый засадный полк прячь. Интересно, эти два клоуна вооружены? Хотя, без разницы. Ни один ствол позапрошлого века не спляшет против моей высокотехнологичной машинки.

Вот интересно, на сердитых воду возят, на дутых — кирпичи, а на излишне самоуверенных? Черти в аду море пашут? Если мне не повезет, через пару минут узнаю точно.

Наблюдать, как два громыхающих «агента», матерясь, перелезают через опущенную простыню, было забавным.

Я неспешно вытащил из кармана свою машинку, поднял ствол на уровень груди. И с удовольствием полюбовался на вытянувшуюся рожу номера первого.

— Стой, где стоишь, олух, а то придется мне прямо здесь проверить, как ты на медные гильзы реагируешь.

Пиджак, коренастый и рыжий, замер как вкопанный. Длинный вывалился следом и, оценив ситуацию, поднял руки без команды.

— Господин хороший, вы чё! Мы… мы ж люди мирные! — заверещал рыжий, тоже вскидывая руки.

— Мирные, говоришь? — опускать оружие я не торопился. — Тогда какого черта вы меня преследуете? Думаете, у меня в кармане вся губернская казна?

Коренастый первым собрался с духом:

— Не-е-е, барин, мы не грабители! Срамное дело клянусь, Господь свидетель, ни копейки вашей не хотим!

Долговязый кивнул. Уголок рта дернулся. Прокомментировать хотел или так, нервный тик?

— Велено было узнать, где вы живете. Передать, так сказать… кому надо.

Я удивился:

— Кому?

— Великому человеку, барин, — рыжий вытянулся в струнку, будто перед строевым смотром.

— Великому? — повторил я, чувствуя, что правая бровь сама собой ползет вверх. — Что же это за величина, которая двух дураков наняла шпионить за скромным гостем этого чудного города?

— Да мы… мы ж не со зла… Сам господин Смородин, почитай, на нас-то и наставил.

Я покачал головой. А подойти в клубе религия не позволила? Удивительный человек, слова в простоте не скажет, обязательно с подвывертом.

— Ах, Смородин… Ну что ж, коли он сам собирается пожаловать, самовар мне ставить или сапоги чистить?

— Ай, бросьте вы, барин, — буркнул пиджак, косясь на студента. — Не заноситесь. Куда профессору по такому делу лично ходить? Это мы — чтоб аккуратненько за вами поглядеть, как завещано. И ежели окажется, что человек приличный, с положением… так, значится, приглашение передать от господина Смородина. Чтобы ученому человеку урона чести не было со всякой шелупонью якшаться.

— И ради этого цирка вы устроили за мной слежку? — не поверил я.

— А вы… — рыжий вдруг, с чего-то, обиделся и поджал губы. — сами зачем с волыной сразу?

Стало смешно. Я фыркнул, опустив оружие.

— Доклад, значит? Передайте вашему «великому человеку», пусть научит вас не скрипеть сапогами, прежде чем отправлять следить. А что до приглашения… Передайте — зайду. На днях и зайду.

Я подошел ближе, привычно пряча пистолет за ремень брюк:

— Встреча со мной — удовольствие платное.

— Эээ… барин?

— Просто так я ни с кем не встречаюсь, мое время дорого, — терпеливо пояснил я, — если профессор хочет узнать, как и от чего он погибнет ровно через два месяца, то устроит мне встречу со своей покровительницей. Через два дня, в шесть часов пополудни. Все ли поняли, балбесы?

Олухи переглянулись. Пиджак опасливо перекрестился, а во взгляде студента мелькнул жгучий интерес.