Книга Кто вы, профессор Верещагин 1, страница 80 – Татьяна Матуш

По простоте душевной я отчего-то думал, что в секте еноховцев мне будут рады… еще никогда Штирлиц так позорно не пролетал мимо кассы.

Разговор с «гуру» стал моим позором и винить в этом кроме себя было некого.

Старец был благостен, преисполнен сочувствия и любви к ближнему, но выставил меня так виртуозно, словно всю жизнь проработал чат-ботом на госуслугах.

И только оказавшись за дверью я рассмеялся. Рука-лицо! Где твои мозги, Тоха⁈ Это же секта, а секте нужна состоятельная паства.

Этот, прости Господи, «гуру» — отличный бизнесмен: идея Конца Света хорошо продается, он делает себе деньги. На кой черт я ему сдался, если с меня взять нечего? ЕСТЕСТВЕННО, он поспешил от меня поскорее избавиться, как от любого попрошайки. А то, что вместо дубинки использовал молитвы — так кому какое оружие по руке.

Двери дома на набережной захлопнулись за мной… Прищурившись от яркого солнца, я следил за оживленной улицей. В нос ударила смесь запахов — свежего хлеба из пекарни, пыли, поднятой промчавшим мимо экипажем, дыма от кузнечного горна.

По тротуару, мне навстречу, не спеша шел торговец в широкой рубахе, выставив вперед бороду лопатой. За груженой повозкой бежали мальчишки, босые, но в картузах. На лавочке сидел старик и острым взглядом наблюдал за прохожими. Все это было знакомо по старым фотографиям, по описаниям в книгах, но сейчас оно вдруг стало реальностью, данной мне в ощущения… уж не знаю, за грехи или за праведность.

Стоял самый конец мая. Знойный, парящий, цветущий. Черное озеро сделало мне удивительный подарок, забросив меня сюда не за два дня, а за два с половиной месяца до дня «Х». Этим подарком нужно было воспользоваться с умом. Для начала — решить самый простой вопрос с документами… Вот только без денег он не решался никак. Ни честно-официально, ни грязно-криминально.

Проще всего было добыть крестьянский «вид» — в любой из близлежащих деревень дать попу двадцать копеек, и будет тебе «бумага», где русским по белому пропишут: Антон, сын Васильев, сословия крестьянского, родом с деревни такой-то, прибыл в губернский город по делам общины… какие там дела, никто не спросит. Может, дрова продать, может, гвоздей купить. Никому это не интересно.

Вот только приблизиться к Ксении я не смогу никаким макаром, хоть наизнанку вывернись. Это только у Гоголя кузнец мог спокойно получить аудиенцию у царицы, да и то в сказке. В реальной жизни крестьянина к аристократке на пушечный выстрел не подпустят.

Чиновнику проще, особенно если чин не самый маленький. Чиновники и офицеры уже не «подлое» сословие, можно и на балу быть представленным… Вот только все они имели личные удостоверения с печатями. И все их звания, чины и заслуги в обязательном порядке вносились в формулярный список — что-то вроде личного дела, которое, понятно, хранилось за семью замками.

Пожалуй, в эту касту не пролезть, даже если маслом намазаться с ног до головы.

Сейчас, в одежде с чужого плеча, заботливо подогнанной умелыми руками Ванды, я был похож на мещанина, небогатого… пожалуй, даже, недавно обедневшего. Латки в нескольких местах, сапоги с наставленными голенищами. Дворники скользили по мне равнодушными взглядами, я выглядел «правильно», хоть и ханыжно.