Книга Путь княгини 2, страница 97 – Нина Ахминеева

Все из-за братца! Да что б он сдох! Михаил грязно выматерился. Просить о помощи дремучих крестьян, он считал ниже своего достоинства, но, увы, иного выхода нет. Вновь взявшись за ручку чемодана, бывший инквизитор направился к ближайшему дому.

Вдруг легкий ветерок коснулся его разгоряченного лица. Ноздри голодного мужчины затрепетали. Круто развернувшись, он стремительно пошел на едва уловимый запах выпечки.

Не оглядываясь по сторонам, Михаил гигантскими шагами мерил деревенскую улочку, ни на миг не прекращая жадно принюхиваться. Обоняние привело его к выбеленному одноэтажному дому со скромной вывеской на фасаде: «пекарня». Сглотнув вязкую слюну, он поудобнее перехватил ручку багажа, быстро поднялся по ступеням на крыльцо, рывком распахнул входную дверь.

Мелодично звякнул колокольчик. Из-за прилавка показался белоснежный колпак, а после и обладательница головного убора: рябая, низкорослая, полная девушка лет двадцати пяти. Увидев посетителя, она распахнула свои маленькие круглые глаза и остолбенела.

Готова. Жизнь определенно налаживается. Ни с едой, ни с ночлегом проблем не будет. Эта уродка в лепешку расшибется чтобы мне угодить. Про себя язвительно усмехнувшись, Михаил приблизился к застывшей соляным столбом некрасивой продавщице. Алчным взглядом пробежавшись по открытым полкам за ее спиной, разочарованно нахмурился.

— У вас только хлеб? — он вопросительно посмотрел на девушку.

Спустя несколько долгих мгновений, та наконец-то ожила. Растерянно похлопав белесыми ресницами, густо покраснела.

— Простите, не расслышала. Сколько вы сказали вам буханок?

Вот же дура-то! Задавив на корню раздражение, Михаил мило улыбнулся.

— Я спросил есть ли у вас что-то еще кроме хлеба. Магазинов возле автостанции не нашел. Есть и пить жуть как хочется, — он скорбно вздохнул. — Еще и автобус на Ростов только завтра утром. Родственников здесь нет, приезжал по делу. Ума не приложу, что делать.

Явно осмысливая услышанное, продавщица прищурилась. Внезапно нырнула под прилавок. Послышался шелест пакета, затем бумаги.

Выпрямившись, девушка смущенно сказала:

— У нас тут кроме хлеба ничего и не бывает. Вот с обеда осталось. Дома для нас с мамкой пекла, — она протянула Михаилу большущий умопомрачительно пахнущий беляш, завернутый в салфетку.

Мужчина аккуратно взял выпечку.

— Вы моя спасительница! — Он без стеснений впился зубами в еще теплое кушанье и энергично заработал челюстями.

— А может молочка утрешнего хотите? У меня еще пол-литра есть! — не дожидаясь ответа, продавщица юркнула в служебное помещение.

Хорошо, но мало. За мгновение ока уничтожив беляш, Михаил скомкал салфетку и метко закинул ее в притулившуюся у стены пластиковую урну.

Облокотившись о прилавок, он откровенно наслаждался долгожданной прохладой. Спешить было некуда. Спустя пару минут, «кормилица» вернулась. Очевидно боясь пролить, бережно поставила перед мужчиной внушительную кружку, доверху наполненную молоком.

— Осторожно, холодное.

Многозначительно усмехнувшись, Михаил жадными глотками выпил все до капли и, словно невзначай, чувственно провел языком по губам. Наблюдающая за ним девушка судорожно сглотнула.

— Меня зовут Михаил. А вас, мой ангел-хранитель? — его голос приобрел нужную бархатистость и глубину.