Книга Путь княгини 2, страница 64 – Нина Ахминеева

— Ничего.

Отойдя на пару метров, инквизитор открыл проход и впервые за все время знакомства скупым жестом предложил мне самостоятельно в него зайти.

Недоумение сменилось раздражением, а следом накатила злость. Этот вопрос Алекса о ректоре, демонстративное «ничего», нежелание ко мне прикасаться весьма красноречивы. Он что, принимает меня за ш… женщину с пониженной социальной ответственностью⁈ Совсем охренел⁈

Захотелось прямо здесь и сейчас высказать ему все. Но вместо этого я сжала зубы, не позволяя грубым словам сорваться с языка, гордо приподняла подбородок и шагнула в затянутую белесым туманом «дверь».

* * *

Князь Александр Меньшиков

Хваленое самообладание эмпата трещало по швам. Александр ревновал княгиню Алайскую как не ревновал никогда и никого — ни в прошлой жизни, ни в этой.

Умом он, конечно, понимал: им не суждено быть вместе, это в принципе невозможно. Но стоило вспомнить о чувствах ректора, когда тот смотрел на Машу, кровь сразу же закипала в венах. А от мысли, что Маша согласится провести ночь с князем Нарышкиным, и вовсе срывало крышу.

«У нас с ней ничего нет и быть не может», — снова напомнил себе Алекс, пытаясь успокоиться. И снова без толку.

Открыв дверь в нотариальную контору, он пропустил Марию вперед, а сам остановился у входа.

Миниатюрная красавица уверенно подошла к столу секретаря. Завидев ее, плюгавенький мужичок вскочил, расплылся в приторно-слащавой улыбке.

— Добрый день! Чем могу вам помочь? — проворковал он.

Смердящая тухлятиной похоть ударила по обонянию эмпата, заставив угрожающе прищуриться. В груди заклокотал гнев, требуя выхода. Вот просто взять и отвинтить этому озабоченному кобелю причиндалы, а заодно и голову!

Волевым усилием Алекс абстрагировался от омерзительной вони, иначе такими темпами он разнесет здесь все на хрен. Максимально глубоко вдохнул, на несколько мгновений задержал воздух в легких и медленно выдохнул. Стало получше, но не особо.

— Я хочу составить завещание, — сообщила Маша.

— Завещание? — сложил редкие брови домиком секретарь, что, по-видимому, должно было выражать крайнюю степень изумления. — Зачем такой юной, красивой девушке думать о смерти?

— В жизни всякое бывает.

— И все же? — промурлыкал толстяк, не сводя с княгини маслянисто поблескивающих глазок.

Самообладание инквизитора повисло на волоске. Мелькнув смазанной тенью, он встал рядом с княгиней Алайской. Та даже не шелохнулась, а вот упитанный «Казанова», наконец-то заметив второго посетителя, растерял весь боевой запал.

— Вам туда, — испуганно пролепетал горе-соблазнитель, махнув рукой вправо. Плюхнувшись на стул, он схватил первый попавшийся документ и сделал вид, что жутко занят.

— Благодарю, — с достоинством кивнула Мария.

Держа спину прямо, она пошла в указанном направлении. Александр бесшумно проследовал за ней.

Дверь кабинета оказалась распахнутой настежь. Лысоватый нотариус, сидящий за рабочим столом и что-то читающий с экрана монитора, на появление визитеров не обратил никакого внимания.

Княгиня величественно опустилась на стул для посетителей, достала из кармана паспорт и положила перед собой на столешницу. Лишь после этого хозяин кабинета, недовольно крякнув, оторвался от чтения.

— Чем обязан?

— Здравствуйте. Я хочу составить завещание в пользу императора, а также сделать самозапрет на отчуждение принадлежащего мне имущества.