Книга Пятое время года, страница 59 – Анюта Соколова

— А ты всё-таки вредная ведьма, – тем же тоном откликнулся Рен и подхватил меня под руку.

— Что вы узнали, госпожа Мур… Мурье? – загорелся Фурен.

— Девицы при банях ни при чём. Посла принимала в богатой спальне женщина в роскошном шёлковом пеньюаре. Она поднесла ему чашку чая, посол выпил, приступил к делу, его сердце заколотилось с чудовищной скоростью и разорвалось.

— То есть сюда его принесли с целью скрыть преступление?

— Что за странный яд?

— Как выглядит эта женщина?

Фурен, госпожа Кувер и Рен задали вопросы одновременно. Я вздохнула и начала отвечать с конца:

— Женщине около двадцати пяти – двадцати семи лет. Высокая, смуглая, длинные каштановые с рыжиной волосы, светло-карие глаза, нос с горбинкой. Яд на самом деле – сильный афродизиак, она не рассчитала дозу. Посол занимался с ней любовью под воздействием зелья. Отнести тело на пустырь женщина отправила двух доверенных слуг. Одежду сожгла, но припрятала пару перстней – один с рубином, другой с аметистом. Перстни завернула в платок и засунула в тайник под плашкой паркета.

— Дея, дай хоть какие-нибудь ориентиры! – взмолился Рен. – Нужно за что-то зацепиться.

Я сосредоточилась:

— В спальне рядом с кроватью стояла шкатулка с гербом: лев и лира под лавровым венком на лазоревом поле.

Рен и сержант переглянулись.

— Однако… – вытянулось лицо Фурена.

— Ты выдержишь ещё одну нить? – тихо спросил Рен.

— Даже пару.

— Жеан, тело можно уносить, пусть полежит в мертвецкой на Сермяжной. Госпожа Кувер, благодарю вас за содействие следствию. Прошу вас никому не рассказывать о произошедшем.

— Да понятно, не первый раз, – ведьма поднялась, потёрла поясницу и подмигнула мне. – И о том, что довелось увидеть коллегу из Шерры за работой, тоже никому не скажу. Только возьму пробу крови, очень интересно, что за яд такой хитрый.

— Берите, – кивнул Рен. – Жеан, ты поедешь с нами, по пути заедем в центральный участок, захватим пару парней поприличнее.

— Боитесь, с моими ребятами нас на порог не пустят?

— Пустят, куда денутся, – судя по неуверенному виду Рена, он сомневался, что в дом пустят его самого.

Незадачливого посла унесли, госпожа Кувер сложила свой стульчик, прикрылась им, как зонтом, и пошла следом. Фурен раздавал указания, мы с Реном потихоньку пошли к коляске.

— Ты знаешь этот герб? – уточнила я очевидное.

— Странно, что его не знаешь ты. Род Пельé – один из пяти самых знатных в Съере. Господин Пелье – сталелитейный магнат, Советник Её Величества, член-учредитель нескольких закрытых клубов, известный меценат и благотворитель.

— А есть разница?

— Меценаты поддерживают искусство, благотворители жертвуют на приюты, школы и больницы. Господин Пелье отличился и в том и в другом.

— Он женат?

— Вторым браком. От первого есть дети и внуки.

— Раз есть внуки, то меценату и благотворителю точно не тридцать лет.

— Ему около пятидесяти.

— Какая банальная история, – проворчала я, залезая в экипаж. – Старый муж, молодая жена и красавец-любовник. Зато понятно, почему эта женщина настолько перепугалась. Вряд ли господин Пелье погладил бы неверную супругу по голове за посла Кешина, скончавшегося во время любовного акта от подлитого афродизиака.

— Подожди, может, женщина, которую ты видела, горничная или экономка, – возразил Рен. – Жене Пелье нет надобности прятать перстни, это странный поступок для светской дамы. Меня больше волнует сам афродизиак и аптекарь, торгующий запрещёнными зельями. Одно время это была целая эпидемия – средства со слизью жаб, кровью и ядом змей, настойки с дурманом и прочая гадость. Престарелые любовники травились десятками.