Книга Плов для стражников, страница 88 – Яна Тарьянова, Майя Майкова

Сначала ее запихнули в ванну, в которую Владислава щедро насыпала сушеных трав. Разомлев в горячей воде, Зоя попыталась немного подремать, но ее безжалостно вытащили, натерли содержимым какой-то баночки и снова загнали в ванну. На этот раз вода, для разнообразия, была чистой и в ней ничего не плавало. Прикрыв глаза и наслаждаясь ощущением покоя и цветочным ароматом, Зоя лениво прислушивалась к шепоту Владиславы:

— …да будут руки нежные и зубы белоснежные, густой волос да звонкий голос…

Неожиданно заговор прервался, Владислава плюхнула ей на макушку горсть чего-то склизкого и велела как следует расчесать волосы, а потом хорошо промыть.

То ли сработали заговоры, то ли местные травяные мази и настои были в разы эффективнее, чем все знакомые Зое достижения косметологии, но взглянув на себя в зеркало, она ахнула от удивления и восторга. Из зазеркалья на нее смотрела нереальная красавица. Темно-рыжие волосы были уложены в замысловатую прическу, струящееся зеленое платье подчеркивало идеальную фигуру, матовая кожа сияла, словно дивная жемчужина.

— Давай уж, спускайся, – ворчливо сказала Даянкина матушка, отмахнувшись от сбивчивой благодарности. – Жених уж заждался, поди, и гости тоже, а мы тут все возимся.

Обеденный зал таверны тоже полностью преобразился. Столы были накрыты вышитыми скатертями, на спинке каждого стула висело полотенце, а стены и верхние балки кто-то щедро украсил невесть откуда взявшимися букетами цветов.

Владислава тут же подхватилась и побежала во двор, где Янко и Борко с шутками и прибаутками зачем-то вбивали в землю деревянный шест, а Зоя, внезапно оробев, застыла возле двери.

Народу в таверну набилось больше, чем она предполагала. Кроме Виктора с Даянкой по залу деловито сновал староста, с умным видом ровняющий стулья по линеечке. Суетилась какая-то незнакомая тетка, покрикивающая на двух очень похожих на старосту парней. В углу страшным шепотом о чем-то спорили Божидар с Ратиславом, еще два стражника, пыхтя, волокли из кухни поднос, уставленный тарелками с пловом. Только Любомира нигде не было видно, и Зоино сердце пропустило удар: а вдруг? А вдруг передумал?

— Что ж ты застряла, – всплеснула руками Владислава. – Пойдем во двор-то, солнце уж к зениту подходит, пора.

Не чувствуя ног, Зоя кое-как добрела до двери. Гости уже вывалились во двор и полукругом выстроились вокруг вбитого в землю шеста, возле которого стоял Мирек в зеленой рубашке. Ободряюще улыбнувшись, он протянул Зое руку и она слетела вниз по ступенькам, словно у нее выросли крылья.

Тень неохотно ползла по щебенке, укорачиваясь с каждым мгновением, бледнела, таяла и, наконец, исчезла совсем.

— Пора, – негромко сказал кто-то, и Зоя вслед за женихом начала повторять слова древней клятвы:

— Днем или ночью, зимой или летом, вблизи или издалека, во сне или наяву, я буду любить тебя в горе и в радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, и будет так, пока смерть не разлучит нас.

Что-то глухо звякнуло, щелкнуло по запястью. Зоя опустила глаза и обнаружила, что ее помолвочный браслет распался на два одинаковых, покрытых изящной вязью букв. Ни на секунду не задумавшись, словно магия брачного обряда сама диктовала ей, что делать, она сняла один из браслетов и защелкнула на запястье своего теперь уже мужа.