Книга Эльфийская магия, страница 62 – Елена Князева

"Драко Люциус Малфой, многоуважаемый, зачем следите за мной?" – спросила Элара.

Драко замер, словно пойманный с поличным, хотя знал, что его присутствие было скорее тенью, чем явным вторжением. Его сердце забилось быстрее, но не от страха разоблачения, а от неожиданности ее слов. Он не ожидал, что она заметит его, тем более так быстро. Его намерение было остаться незамеченным, быть просто наблюдателем, якорем, который не требует признания.

"Я… я просто проходил мимо," – пробормотал он, голос его звучал глухо в ночной тишине. Это была слабая ложь, и он знал, что она это понимает. Его взгляд скользнул по ее профилю, по тому, как она держала сигарету, по тому, как ее плечи слегка вздрагивали от холода или от чего-то более глубокого.

Элара медленно повернула голову, ее глаза, казалось, пронзили его насквозь, несмотря на полумрак. В них не было удивления, только усталость и какая-то древняя печаль, которая, казалось, была старше ее самой. "Проходил мимо Астрономической башни ночью, когда я сижу здесь одна, курю и смотрю на звезды?" Ее голос был ровным, лишенным эмоций, но в нем звучала сталь. "Ты всегда был более наблюдательным, Драко. Но сегодня твоя наблюдательность кажется… навязчивой."

Он сделал шаг вперед, его ноги ступали по камню с той же осторожностью, что и раньше. "Я беспокоился," – признался он, и на этот раз в его голосе была искренность, которая, как он надеялся, могла пробиться сквозь ее ледяную броню. "Ты выглядишь… неважно, Элара."

Она усмехнулась, горько и безрадостно. "Неважно? Да все в порядке, просто начала курить, вот и все."

"В смысле, все в порядке? Я же вижу, ты отдаляешься от нашего факультета! Пусть твой отец, профессор Снейп, не видит, зато я вижу, что с тобой что-то не так!" – крикнул он на нее. Элара отшатнулась, словно от пощечины. Слова Драко, произнесенные с такой неприкрытой тревогой, пробили брешь в ее броне. Она привыкла скрывать свои чувства, прятаться за маской безразличия, особенно от тех, кто был ей близок. Но Драко… он всегда видел сквозь нее. Возможно, потому что сам носил похожую маску, возможно, потому что их связывало нечто большее, чем просто принадлежность к одному факультету.

"Ты не поймёшь," – прошептала она, отворачиваясь. Дым от сигареты закружился вокруг ее лица, словно пытаясь скрыть ее истинные эмоции. "Ты не можешь понять чистокровка." Драко почувствовал, как внутри него что-то сжалось. Слова "чистокровка" прозвучали как приговор, как стена, возведенная между ними. Он хотел возразить, сказать, что он понимает, что он чувствует, но слова застряли в горле. Он видел ее страдания, видел, как она пытается справиться с невыносимым грузом, и это было нечто большее, чем просто проблемы студента. Это была боль веков, боль потери, боль одиночества, которая, казалось, исходила из самой глубины её существа.

"Элара," – начал он снова, его голос стал тише, почти молящим. "Я не знаю, что ты переживаешь, но ты не одна. Ты не должна нести это одна." Он сделал еще один шаг, сокращая расстояние между ними. Он видел, как дрожит её рука, когда она тушит сигарету о край крыши. Этот маленький жест, полный усталости и безысходности, ударил его сильнее, чем любая магическая атака.

— Не одна? – Элара горько рассмеялась, но смех этот был полон слез. – Конечно, не одна. Ты волшебник, чистокровный. Я эльфийка, ветом случи. Я точно одна.