Книга Красный бриллиант: Тайна Фароса, страница 70 – Дарья Нейжмак

Мне нравилось слушать его рассказы о заморском королевстве Пласидар, из которого он приехал. На мой вопрос, как он не побоялся историй про проклятую воду, Барнс ответил, что, если страх заставляет тебя сидеть дома, не стоит жаловаться на возможности, проходящие мимо.

Барнс был моим ровесником, но его мысли и планы на жизнь поражали до глубины души. Он поделился, что после Сангвиса, намерен отправиться в Эрехар, а если бы была возможность, побывал бы и в Натерре. Кровавое королевство не просто так получило название, но уверена, что и это не остановило странствующего художника.

Он успел нарисовать мой портрет на небольшом кусочке пергамента. Этот подарок заставил меня покраснеть, ведь настолько прекрасной я не видела себя даже в зеркале.

Думаю, что после дороги, сидя в таверне, я вряд ли была похожа на девушку, которую изобразил Барнс, нофантазия таланта увидела меня именно такой.

Проезжая последнюю зараженную территорию перед столицей, я снова вспомнила слова Барнса о том, что в Пласидаре все умирает и возрождается каждый год. Снова и снова земля покрывается белыми хлопьями снега, как на вершинах гор, с другой стороны континента, а потом приходит тепло, разбивающее сугробы на маленькие ручейки. Голые деревья снова покрываются зеленой листвой, а еще через несколько месяцев цветут сады. Все это звучало как сказка, в которую несомненно хотелось попасть, но моя история и ее главный герой ждали в столице погибающего королевства.

Глава 29

Зойд – 4 года назад

Все, что говорила Мемория, о короле Фредерике и королеве Агнес казалось полнейшим бредом, ведь история Сангвиса рассказывала все совсем иначе. Но еще сегодня утром я был на поле боя с чудовищами и видел, как Мемория использует свою магию. Она спасла мне жизнь, лишь взмахнув рукой, а на моем теле действительно светится золотой рисунок.

— Магическая метка стала золотой, потому что я ступил на землю Натерры? – Спросил я, пытаясь осмыслить все это.

— Метка не видна до тех пор, пока в нее не будет направлен поток магии, а в тот момент, когда это случается –светится золотом. Именно метка позволяет моим воинам принимать излишки магии, которую источает мое тело в бою. Если бы не они, я бы тоже погибла, расщепившись в золотом сиянии. Пока моя магия не пройдет полную трансформацию, я могу погибнуть, применяя ее. – Прикусив губу, Мемория подтянула колени, обняв их руками. –Сегодня я проверила, направила поток энергии в твою метку. Я ее чувствую, но кровь другая. Поэтому пришлось применить заклинание, чтобы восстановить твое тело после боя. Моим воинам этого не нужно. Их метка нанесена моей кровью, и магия работает без использования заклинаний, а лишь волей моей мысли.

— Откуда взялись чудовища? Почему они такие…

— Огромные? Смертоносные? Ужасные? – Ингрид больше не смеялась, а как ястреб следила за нашим разговором.

— Когда-то их звали амикусами. – Мемория смотрела на костер, будто читая историю с языков пламени. – Они не просто жили среди людей, а были друзьями. Не было ни одного дома, где не водился свой амикус. Их оставляли присматривать за детьми. Чуткие и эмпатичные амикусы точно знали, как успокоить чадо и уложить спать, обвив хвостами, словно руками матери. Амикусы всегда питались магией, получая ее из сладких плодов природы. Но в один момент все изменилось. Они стали нападать на людей. Выслеживали и поедали, не оставляя даже косточек. Амикусы превратились в чудовищ. До того, как они одичали, самая большая особь была как маленький пони, теперь же… ты и сам видел… – Мемория тяжело сглотнула. – Магия неразумна. Она лишь еще один инструмент, которым люди привыкли пользоваться, а вот бережно относиться к ресурсам жители Натиса не умели. После смерти последней королевы, происходившей из прямого рода Матери, магия Натиса стала увядать. Ранее вечно плодородная земля быстро истощилась, а полные пруды с рыбой – высохли. Плодовые деревья зачахли. Птицы улетели, а животные ушли. Жители Натиса впервые за всю свою историю столкнулись с таким чувством, как голод. Возвращение магии было единственным способом возрождения земли и возвращения беззаботной жизни. Тогда то, все женщины, которые являлись дочерями сыновей королевского рода стали практиковать свою магию. Она была лишь песчинкой в сравнении с тем, на что были способны истинные наследницы. Сколько бы ни искали, чего только не пробовали, их магии не хватало на то, чтобы напитать землю Натиса.