Книга Подработка на том свете, страница 85 – Татьяна Абалова

— Жу–у–уть. А ты откуда столько подробностей знаешь?

— Я слушать умею, – Мария без стеснения призналась в том, что всегда держит ушки на макушке.

— А как ты с домом разговариваешь? Как у тебя получается понять его? Судя по тому, что он Дисе звоном люстр отвечает, а на мою похвалу звяканьем тарелочек, то тебе, как минимум, азбукой Морзе на кастрюлях свои легенды должен выстукивать.

— Не знаю я никакого Морзе. Была бы ты призраком, тоже дом понимала бы. У меня с ним общение на духовном уровне идет.

— А Дисе, значит, бездуховен?

— Дом с ним нарочно не разговаривает, – Маша явно гордилась тем, что дом выбрал ее в собеседницы. – Чем еще больше злит.

— Боже, да чем же они так друг другу насолили?

— Я не знаю. Спросила однажды, но мне ответили, что нечего в мужские дела нос совать.

— Ладно, – кивнула я, соглашаясь, что и мне не стоит. Все равно не узнать. Я последний человек, с кем высшие своими секретами поделятся. Мне хотя бы доступную для всех информацию выудить. Для личных целей, так сказать. – Ты случайно не слышала, лорды решили, чем дальше заниматься будут?

Я рассчитывала позже, когда уйду отсюда, наведаться в новое предприятие братьев Кристофер. В лавку древностей или в курьерскую службу, как у тех же соседей, смотря что придумают. Знала, что сердце будет тянуть хотя бы одним глазком взглянуть на ставшие родными лица.

— Сейчас лордам не до цирков, им бы с поднявшими лича разобраться. Давай–ка лучше платье примерим. И туфли. Вдруг тебе придется в твоих страшных штиблетах на свидание пойти? – повариха кивнула на мои кроссовки.

Платье, туфли и даже нижнее белье оказались впору.

— Хорошо же тебя Онфер изучил, – восхитилась Маша. Я же на ее слова залилась краской. Вспомнила, как Фер руку к моей груди прикладывал, когда мы с Дисе на ступенях сидели. Неужели уже тогда со мной на свидание собрался? Я–то его только вчера пригласила.

— Чего лыбишься, будто таз мороженого перед тобой поставили? – Мария не упустила моего мечтательного взгляда. – Раздевайся. У нас другой работы полно. Вещи Ви еще не перебирали. Я слышала, ты Радису свиданье обещала. Неужели в одном и том же пойдешь? Или рассчитываешь, что и этот твоим гардеробом озаботится?

— Ты еще скажи, что я напрашиваюсь на свидания только затем, чтобы озолотиться. Пришла с одним чемоданом, уйду с шестью, – я уже оценила количество вещей, которые в одночасье сделались моими.

— А нечего каждому мужику надежду давать. Или войны в доме хочешь?

И эта о войне между высшими. Неужели я на самом деле сделаюсь камнем раздора?

— Я не успею разжечь. Что можно сделать за неделю?

После примерки нарядов от Ви, Маша потащила меня в ванную комнату. Я опять пребывала в меланхолии. Сомневалась, смогу ли носить вещи, купленные для мамы.

— Чего задумалась? – повариха терла меня мочалкой так, словно хотела снять кожу.

— Я будто парю в облаках, – я сдула с ладони пену. Она колыхалась вокруг меня воздушным одеялом.

— В баньку бы тебе, чтобы попариться до красноты. А потом медом с солью натереться. Ваша пена – сущая ерунда. Запах слишком сладкий. Вот березовый веник – это да!

Я была счастлива, что у Маши под рукой не нашлось веника.

— Стрелки длинные не рисуй, – лезла она под руку, когда пришла пора краситься, – иначе станешь похожа на арапчонку. Видела я такую. С одной сросшейся бровью. У нас в трактире на Вяземской в юбке с монистами танцевала. Бедрами туда–сюда. Фу, срамота.