Книга Ну, здравствуй, жена!, страница 76 – Татьяна Абалова

— Нет, что ты! Ей так не повезло. А вот матери ее - да. Она еще при отце милорда замуж выходила. Тот хоть не молод был, но, сказывали, с душой с делом справлялся. И деньгами большими одаривал. Можно было и коровку прикупить, и свиней парочку. Ладно, пойду я...

«Блин! Вдруг эти печенюшки вовсе не мне предназначались? А я губу раскатала... - забеспокоилась Юля. - Может, лорд так проявил дань уважения к своей бывшей любовнице? Ведь наверняка знает о ее страсти к сладкому. Вон, смотрите-ка, все булочки умяла».

О записке в этот момент Юлька и не вспомнила.

Так часто бывает, когда тасуются факты и события в угоду одной въевшейся в мозг мысли.

«Я ревную? О, нет-нет!»

— Кобель твой сын был! - зло стукнула клюкой Картора, чем отвлекла Юлю от размышлений.

— Мой мальчик был добр, поэтому никому не отказывал. А потом, чем еще утешиться вдовцу? - кинулась на защиту сына Тиль.

— Дульф и при жене никому не отказывал.

Юля заткнула пальцами уши.

Хильда даже если и попрощалась, ее юная подруга этого не услышала.

Глава 21. Полный провал

— А теперь давайте поговорим серьезно, - Юля пригвоздила взглядом поднявшуюся было Картору.

— Слушай, Грасси, тебе не кажется, что в девочке проснулся дар вашего рода? - Пьющая Кровь обратилась к снохе, словно не слышала, что сказала Юля. Тиль с готовностью заглянула в лицо «внучки».

— Вроде нет, глаза смертельным светом не полыхают. Вот если бы там отсвечивало красным...

— Прекратите! - уголки губ у Юли опустились. Ее подбородок дрожал. - Мне и так тяжело, а вы только путаете.

— Ладно, говори. Что ты хочешь узнать? - Картора откинулась на спинку кресла, приготовившись к долгому разговору.

— Я хочу услышать правду без увиливаний и недомолвок. Мне надоело, что мной вертят, как куклой: «иди и убейся», «иди и побей»!

— Спрашивай, - Пьющая Кровь была сама серьезность.

— Почему вы обе спустились сюда именно сегодня? Из-за Хильды? - Юля решила обойтись без расшаркиваний. «Я вас люблю, но...» - сейчас был не тот случай. - Чего вы боитесь? Она могла сболтнуть лишнего? И самое главное, чего мне никак не понять: почему вы, страдая по внуку, сидите как мыши по своим норам, а не идете к нему и не требуете объяснений? Откуда вдруг такая пассивность? На вас это никак не похоже.

Старухи переглянулись.

— Изегер запретил нам приближаться к нему, - нехотя призналась Картора и опустила глаза в пол. Ее клюка нервно подрагивала, словно «дева-воин» едва сдерживала себя.

— Да, наш мальчик на нас обиделся, - вздохнула Тиль. - Но прошло столько лет...

— Сначала причиной ссоры стала смерть его матери...

— Изегер обвинил нас в распущенности его отца, - перебила Картору Тиль. - Но это был всего лишь обычай. Дульф исполнял то, что делалось веками. Правом первой ночи в Агриде пользуются до сих пор.

— Тиль с таким же жаром защищала своего сына и не услышала Касси, которая потребовала отменить обычай. Хотя бы на то время, пока она носила под сердцем Изегера.

— Но как я могла запретить главе рода? И потом, бастарды есть у всех, даже у твоего отца они были... И у моего... Картора, расскажи, что натворила Касси, как она унизила моего сына...

— Касси обменяла амулет смерти на то, чтобы...

— Чтобы у моего сыночка никогда больше не было детей, - в голосе Тиль проскользнули истерические нотки. - Чтобы Изегер остался единственным ребенком Дульфа.