Онлайн книга «Ну, здравствуй, жена!»
|
— Мало кто из простонародья знает, как должен выглядеть ваш родовой амулет, - прошептал Круст, наклонившись к самому уху лорда. - А что касается изображения скрещенных рук, овитых змеей, так они встречаются на каждом шагу: на стягах, оружии, латах, барельефах. Да даже на трактирных вывесках их малюют! Лишь три человека в замке Ханноров знали, что пришлая дева по закону является женой лорда. А все из-за того, что строн не пожелал сняться с ее хрупкой шеи, которую Галло переломил бы на раз. Но даже такой выход из положения нежелателен. «Жена» должна убиться сама. — Не дай пресветлый Шаагиль вам возлечь с этой девчонкой, - Галло вытер рот и руки куском ткани и сыто рыгнул. - Тогда вас свяжет по рукам еще и ее первая кровь. * * * — Здравствуйте! - сказала Юлька, заходя в просторное помещение, где помимо пары очагов (большого, в котором можно было зажарить крепкого кабанчика, и малого, где над огнем и сейчас висел котелок литров на двадцать), стоял огромный стол, а на стенах красовалась всяческая кухонная утварь. В шкафах высотой чуть ли не до потолка чисто отмытыми боками поблескивали блюда, тарелки и супницы. Воздух был душен и влажен, но хранил запахи недавно приготовленной еды, хотя ее самой нигде видно не было. Юля сглотнула голодную слюну и еще раз напомнила о своем существовании, поскольку единственный обитатель кухни ей так и не ответил. — Здравствуйте! У емкости, скорее напоминающей огромное корыто, чем привычную человеческому глазу мойку, склонилась крепкая женщина. Правда, судила Юлька о той крепости всего лишь по мощному заду, потому как посудомойка стояла к ней спиной и с упоением драила закопченный чугунок. По вздрогнувшим плечам местной обитательницы Юлия безошибочно определила, что ее услышали, но почему-то не стали отвлекаться от своего важного дела. — Извините, пожалуйста! - Юля подошла еще ближе. Теперь она видела и тонкие пряди волос, прилипшие ко лбу, и нос картошкой, и пухлые щеки. - Вы не будете так любезны подсказать, где я могу поесть? Лицо посудомойки побагровело, и она скосила глаза на Юльку. — Пресветлая Афарика! - воскликнула женщина и, распрямившись, приложила два пальца ко лбу. Такой жест Юля видела в кино, когда военные отдавали честь. Но испуганная тетка, у которой верхняя часть тела весьма ладно гармонировала с нижней, честь точно отдавать не собиралась. Она переместила пальцы к губам и трижды торопливо их поцеловала. Выпущенный из рук котелок с грохотом покатился по каменному полу, а посудомойка, резко развернувшись, кинулась куда-то в узкий проход справа от очагов, откуда вскоре послышались хлопок двери и скрип засова. — Странная какая-то, - Юлька, встав на цыпочки, заглянула в висящий над огнем котел и расстроилась. Там кипела вода. - Где же они все съестное прячут? Юля, согласно окружающему ее антуражу, догадывалась, что время холодильников еще не пришло, а ледник с припасами мог быть где угодно. Даже за той дверью, куда убежала посудомойка. «Как бы она там не замерзла», - добрая душа звала постучаться и вызволить беглянку из ледяного плена. Подчинившись зову сердца, Юля нырнула в узкий проход и, толкнув бедром дверь, прокричала: — Вы не бойтесь меня, пожалуйста! Я сейчас лежу в коме. А вы - всего лишь моя галлюцинация. Поэтому я не могу причинить вам вред. |