Книга Союз пяти королевств. Трилогия, страница 315 – Татьяна Абалова

Принцесса не стала доставлять драконам удовольствия и из всей одежды скинула на берегу лишь теплую курточку и башмаки.

Море казалось спокойным, но небольшие волны так и норовили сбить Роуз с ног. Она шла, прижимая к груди халат, напрасно надеясь, что он не намокнет. Первая же волна попыталась его отнять. Зайдя в палатку, где благодаря драконьей магии волны присмирели, Роуз перекинула намокший халат через тряпичное ограждение, трясущееся под ударами моря, и начала разоблачаться.

С берега послышались сальные шутки и смех, которые прекратились только после грозного окрика капитана Шотса.

Теплое море позволило выполоскать волосы, но быстро унесло одежду, которую Роуз не решилась повесить на палатку, боясь, что та не выдержит и рухнет. Закусив губы, чтобы не стонать, принцесса обмыла кровоподтеки, опоясывающие тело. Морская вода, попадая в раны, оставленные острыми драконьими когтями, доставляла боль, но Роуз знала, что ничто так не помогает избежать нагноения, как соль.

На берег девушка вышла, сгорая от стыда – мокрый халат облепил тело и не оставил ни одной тайны, начиная от величины груди и заканчивая размером ягодиц. Но на счастье принцессы, на берегу стоял один капитан и терпеливо ее ждал, сложив руки на груди.

В воздухе витал запах дыма и жареного мяса. Драконы, отделившиеся от стаи еще в пути, принесли богатую добычу. Их возбужденные голоса, рассказывающие собратьям, как славно они ограбили деревеньку недалеко от Форша, смешивались с шумом моря и ветра.

Принцесса сглотнула слюну и сильно пожалела, что отказалась от чесночной колбасы, которую с таким аппетитом совсем недавно уплетал Петр. Боль и тоска по любимому резанула по сердцу. Роуз ругала себя, что не обняла и не поцеловала Петра перед тем, как они попали в Петлю мертвеца, снедаемая обидами, которые сейчас казались мелкими и незначительными.

— Заходи! – отвлек голос Шотса. Капитан придерживал полог в полутемный шатер. Войдя, он потянул носом воздух и исподлобья глянул на Руффа, торопливо надевающего рубашку. Королева, нисколько не стыдясь своего обнаженного тела, на котором блестела испарина, лежала на скомканных простынях. Бреужец сам набросил на нее покрывало и поцеловал в белое плечо, когда она повернулась на бок и устало закрыла глаза.

Роуз, догадавшись, чем только что занимались эти двое, сделала шаг назад, но наткнулась на капитана, который, наклонившись к самому уху, шепнул:

— Ты спишь в этом шатре или идешь к драконам. Не всем хватило женщин, которых они притащили с собой из последнего набега.

Прислушавшись, Роуз различила женский плач, едва пробивающийся через громкие голоса и хохот драконов.

Бреужец, посмеиваясь над угрозами капитана, рылся в сундуке, бесцеремонно сбрасывая на пол разноцветные тряпки. Найдя нужные вещи, он объявил, что идет плавать и, откидывая полог, подмигнул Шотсу.

Роуз напряглась. Она поспешно схватила свой мешок, который так и лежал у порога, и, вытащив из него тетушкино одеяло, укуталась в него, веря в силу оберега. Другой защиты от драконов у нее не было.

Сработала ли магия, вплетенная в вышивку Катариной, или принцесса не интересовала Шотса, но он даже не взглянул на нее. Спокойный и собранный, он прошел в угол шатра и, развязав большой узел с одеялами, соорудил что-то вроде ложа.