Книга Союз пяти королевств. Трилогия, страница 121 – Татьяна Абалова

И еще Свон стало понятно, откуда Камиль узнал, что она Винталь. Он сложил два плюс два: на злополучном балу инкогнито появилась Беатрис Шестая, хотя до этого она семнадцать лет враждовала с Эрийскими правителями. С чего вдруг принцы облагодетельствовали сироту и даже представили ее венценосным родителям? И последнее, жрец сам увидел доказательство родовитости воспитанницы графа Шовеллер – Кольцо Жизни.

Так она стала желанной добычей для Бахриманов.

* * *

Следующие два дня текли в Дохо неспешно. Караульные и пограничники несли свою службу, женщины замка занимались домашними делами, которых значительно прибавилось, потому как свита принца требовала постоянного внимания.

Влюбленные не разлучались ни на минуту, Свон с нетерпением ждала возвращения Дырка, который должен был принести весть от Беатрис Шестой.

— Ну почему мы не можем полететь в Лорию, не получив официального приглашения? Разве бабушка не будет мне рада?

— Свон, пойми, ты не можешь посетить царственную особу так же запросто, как встретиться со своими матушками. Строгое соблюдение протоколов и процедур – вот на чем зиждется дипломатия. Один неверный шаг – и наши страны могут оказаться на грани войны. Между ними и так напряженные отношения.

— Между мной и вами нет напряженных отношений.

— Я рад. Надеюсь, что наши страны последуют нашему примеру.

Крестины Петра, единственного наследника графа Пигеон, провели тут же в замке. Из пограничной заставы прибыл священник, который крестил и дочку Бертрана. Люди в замке постарались, чтобы важное событие прошло торжественно.

Петрик лежал на руках Свон и внимательно ее разглядывал, а когда она заговорила с ним, засмеялся в голос, словно узнал, что ее несказанно обрадовало. Его заливистый смех стал наградой за все переживания.

Вечером, после того, как детей уложили спать, и Свон вернулась из детской, принц собрал совет, чтобы обсудить дальнейшую судьбу малолетнего графа Пигеон. Было решено, что на зиму младенец останется в Дохо под охраной местного гарнизона и чудесной кормилицы. Не надеясь, что тайна его рождения никогда не достигнет ушей жрецов, в Дохо оставят магические ловушки, не позволяющие открыться порталу Бахриманов.

Маги Эрии потрудились на славу – пирамидки представляли смертельную опасность для жрецов. Настроенные на Бахримановскую магию, они уничтожали любого, посмевшего применить волшбу в пределах их действия – ловушки моментально схлопывались, распыляя мага на мелкие частицы.

Свон сразу оговорила, что как только Петрик окрепнет, она заберет его к себе. Потомку графа Пигеон следует расти при дворе. Неважно, при каком: Эрийском или Лорийском, главное, чтобы ребенок находился рядом с крестными родителями. Влюбленные не сомневались, что они всегда будут рядом.

И еще об одном попросила Свон: не афишировать, что она является наследной принцессой Беатрис Седьмой. Ей проще оставаться простой воспитанницей графа Шовеллер, не привлекая внимания к своей особе.

Утром наследник вернулся к начатому разговору.

— Я не понимаю, почему бы принцессе Северной Лории не явить себя миру? – спрашивал Эдуард, натягивая бриджи. Влюбленные только проснулись и решили до завтрака погулять за пределами замка. Погонщики отпускали драконов охотиться каждое утро. С прибытием принца и его отряда боевых ящеров в замке стало больше, и они сами добывали себе пропитание. Свон соскучилась по Гри, который с удовольствием присоединился к стае черных драконов.