Книга Я на тебе (никогда не) женюсь, страница 21 – Анна Рейнс

Мои мысли словно мечутся из крайности в крайность. Понимаю, что отвергать его прилюдно будет плохой идеей. Недальновидной. Мы же взрослые люди.

Я, возможно, все-таки стану принцессой. Он так и останется генералом, что принес мир и свободу. Народу нужна стабильность, вера в светлое будущее. Да даже для этих солдат я врагом номер один стану, если посмею унизить их генерала.

Пам-пам-пам.

Как же я устала от всех этих политических игрищ. Как же просто хочется быть собой. Жить без оглядки на условности. Самой выбирать, за кого выходить замуж.

А ведь я Дэлмару не соврала. Действительно с детства мечтала о доме с персиковым садом. И собаке. А еще я детей люблю. А верность — так это вообще само собой разумеющееся. Вот только в высшем свете, где нормой стали договорные браки, вещь крайне редкая.

Днем почти все время я провожу в карете. Ночую в отдельной комнате на постоялом дворе. С генералом мы почти не пересекаемся. Можно сказать, я его за это время всего один раз видела.

В комнате как-то не было полотенец, а служанка не приходила. Пришлось спуститься в общий зал. Там-то я ее и увидела — на коленях своего недожениха.

Мерзость.

Обратно в свои покои я неслась как ошпаренная.

На восьмой день пути происходит неожиданное. Дэлмар приглашает меня на ужин.

В своей комнате. А когда получает отказ, то говорит, что я недостаточно усердно играю роль его невесты.

— ..Ты же видела пункт про неустойку, верно?

Улыбка намертво приклеивается к моему лицу. Высказала бы ему за служанку, что он при всех на коленях держал, но не буду. С таким самомнением подумает, что я ревную. В конце концов, это он мне деньги платит, чтобы я невесту изображала.

Плевать мне, с кем он там развлекается.

— И в чем смысл ужина в вашей комнате? Перед кем мы там пару собрались изображать? Или все-таки надумали колечко по-настоящему подарить?

Провожу рукой без каких-либо украшений перед его носом. Дэлмар тут же ее перехватывает. Проводит большим пальцем по внутренней стороне ладони. Меня почему-то в дрожь кидает.

Резко выдергиваю руку и отступаю на шаг.

— А ты любишь драгоценности, Алиса?

— Исключительно подаренные без намерений получить что-либо в ответ.

— Так бывает? — он нарочито удивленно поднимает брови и окидывает меня придирчивым взглядом сверху вниз.

Скромное платье, удобные туфли, никаких украшений. Куплено все на его деньги, к слову. Делаю в голове пометку вернуть ему все до последнего медяка.

— Кажется, нет, — слышу его вердикт. — Думал, что в твоем возрасте женщины уже спускаются с небес на землю.

Боги, дайте мне сил вытерпеть эту поездку.

— Думала, что в вашем возрасте принято сидеть перед камином с поясом из собачьей шерсти, — доверительным тоном сообщаю я.

Надеюсь, что после такого точно отстанет, но внезапно он... весело смеется. В янтарных глазах появляется странное выражение, которое мне совсем не нравится.

— Ужин в восемь, Алиса. Заодно пообщаемся о разнице наших поколений. Может, даже найдем какие-то точки соприкосновения.

— Никаких соприкосновений.

— Какая ты озабоченная, Алиса, — раздосадовано выдыхает он. У меня от его манер, интонаций, выражения лица по телу жаркая волна злости проходится. Аж голова кругом идет. Сжимаю руки в кулаки. — Я всего лишь пытаюсь наладить контакт. Нам же как-то при дворе потом изображать пару придется.