Книга Лекарство от разбитого сердца, страница 41 – Анна Платунова, Мария Фир

— Что вы хотите, чтобы я записал?

— Формулу одного особенного заклинания, которую мне посчастливилось вывести, — с нескрываемой гордостью произнёс старик. — Она мне особенно дорога, поэтому не хотелось бы умереть, никому не передав эту ценность. Ох, я навсегда запомнил тот день!

— Как вы открыли её? — вежливо поинтересовался Мортенс, про себя молясь, чтобы никто не нарушил тишину зала скорой помощи.

Не каждый день выпадает счастье побеседовать с опытным коллегой, и Дарен оценил доверие старика.

— Меня похитили пираты, — заговорщическим шёпотом сказал тьер Эверет и усмехнулся. — Схватили на улице и потащили в какую-то портовую забегаловку, где лежал при смерти их капитан. Мне поставили условие, что я вылечу его до утра — либо они скормят меня рыбам. Ну я и вылечил, куда мне было деваться! Хотя случай был редчайший: беднягу отравили ядом прахоцвета, антидота от которого нет. А теперь записывайте формулу и рецепт зелья, которое нужно давать после.

Тьер Мортенс послушно вычерчивал на бумаге руны, несколько раз показывая старику написанное, чтобы не допустить ошибки. Тот прикасался кончиками пальцев к блокноту и довольно кивал. Им потребовалась четверть часа, и за всё это время никто не побеспокоил двух некромантов.

Старик подробно рассказал о том, как применил заклинание. Как велел вооружённым до зубов пиратам раздобыть необходимые ингредиенты и сварил зелье прямо у постели больного, в жестяной кружке, на примитивной походной плитке с осколком драконова камня. И как капитан в конце концов выздоровел и отсыпал ему целую горсть золотых монет в награду за спасение своей жизни. И как молодой ещё Эберт потратил деньги на редкие снадобья и еду для своих бедных пациентов из портового района.

— Даже по одному этому случаю понятно, сколько опасностей вы встретили на своём пути, — заметил тьер Мортенс. — У вас была тяжёлая жизнь.

— Она была захватывающая. Интересная. И я выбрал такую жизнь сам, мой дорогой доктор Мортенс.

— Спасибо, что поделились секретом, — искренне сказал Дарен. — Я сберегу этот рецепт, возможно, он когда-нибудь спасёт ещё не одну жизнь.

— Да, — мечтательно сказал старик. Было видно, что он притомился от волнующих воспоминаний. — Ну а теперь сделайте то, о чём я просил вас вчера. Отправьте меня на заслуженный покой. Не заставляйте унижаться, вы ведь прекрасно чувствуете, что я прошу от всего сердца.

Тьер Эверет протянул к Дарену дрожащие руки, и тот взял его ладони в свои. Дар старика почти совсем угас, но тоненькие нити магии всё ещё струились по ослабшему организму. Мортенс встретился взглядом с коллегой — и больше не смог ему отказать. Просил уже не голос, не разум, а его дар.

— Прощайте, коллега, — еле слышно произнёс Дарен и принялся читать заклинание.

Его пальцы, сплетённые с руками старика, окутало зеленоватое свечение. Тьер Эверет благодарно улыбнулся и вздохнул в последний раз. Его сердце остановилось.

И надо же было такому случиться, что именно в этот момент в зал вбежала Тереза со стаканом воды в руках. Она дёрнула в сторону занавеску у койки старика и обомлела. Выронив стакан, который разлетелся на мелкие осколки, она зажала рот ладонью, чтобы не закричать, и выбежала прочь.

Тьер Мортенс завершил ритуал, бережно выпустил замершие руки старика из своих и положил поверх одеяла. Прикрыл старику глаза и пошёл за журналом, чтобы сделать запись о смерти пациента.