Книга Зачёт по похудению и поцелуям, страница 29 – Ирина Коняева

День прошёл тихо, спокойно и даже уютно, а вечерняя тренировка доставила огромное удовольствие, поскольку Виктор не был настроен сильно меня гонять, заявив, что перед балом юной леди стоит хорошо выспаться, а не страдать от болей мышцах.

Когда мы расставались у дверей в женское общежитие он взял меня за руку и спросил:

— Элия, ты точно не сбежишь?

— У меня красивое серебряное платье. Было бы глупо его не надеть.

Он выдохнул.

Совсем чуть — чуть. Но я заметила. И это тронуло сильнее любых красивых слов.

Он волновался.

Виктор Аргенталь, лучший боевой маг потока, человек, который непоколебимо и упрямо смотрел в лицо страху, волновался, что я скажу «нет».

— Тогда до завтра, — сказал он.

— До завтра.

Виктор коротко коснулся губами моих пальцев.

Не губ.

Не щеки.

Не лба.

Всего лишь пальцев.

Но от небольшого старомодного жеста я загорелась всем телом, жадно схватила воздух, посмотрела на него расфокусированным взглядом.

— Иди, — велел он хрипло. — Пока я веду себя прилично.

Я ушла, стараясь не бежать.

И только упав на кровать позволила себе приложить ладонь к губам, с ужасом понимая, что пропала окончательно.

День первый

Когда Ева закончила с моими волосами и велела повернуться к зеркалу, я на несколько секунд перестала дышать.

Серебряное платье действительно невероятно мне шло. Рыжие волосы на его фоне горели особенно ярко, кожа казалась ослепительно светлой, а глаза — непривычно тёмными.

В зеркальном отражении стояла не бедная студентка, пахнущая травами и недосыпом, а девушка, способная войти в королевский зал с гордо поднятой головой и не спрятаться за ближайшей колонной.

— Ну? — торжествующе спросила Ева.

— Ты превзошла саму себя.

И это единственный комплимент, на который меня сегодня хватило.

Потому что я волновалась.

Потому что переживала сразу за всё: за то, как меня, безродную нищенку, примут во дворце, как отреагируют на наряд и отсутствие драгоценностей, как Виктор пройдёт свой отбор…

А ещё я ужасно боялась опростоволоситься из — за откровенно плохого знания этикета.

В академии мы, конечно, его изучали, но тогда я была уверена, что мне все эти занудные протоколы никогда не понадобятся, так что поступила, как настоящий студент — сдала экзамен и забыла.

Представление лучших выпускников его величеству прошло как в тумане.

Пока не объявили:

— Виктор Аргенталь.

И тогда мир вдруг стал очень чётким.

Он вышел в середину зала — высокий, статный, красивый. Все те лишние килограммы, что должны были его погубить, сделали его внушительнее, мощнее и будто даже немного старше и представительнее.

Мундир сидел идеально. Ни одна пуговица не предпринимала попыток к бегству.

— Приятно видеть, что современные молодые люди ответственно подходят к отбору, — похвалил его монарх.

Виктор и бровью не повёл, а мы с Евой едва не лопнули от гордости.

Но я, конечно, нервничала ужасно. Особенно, когда начался бал.

Свет. Музыка. Шёпотки. Сплетни.

Сияющая ярче солнца Ева в руках принца.

Судорожные улыбки придворных дам.

Одна особенно ядовитая особа в бальном платье прошептала на весь зал:

— Ни стыда ни совести. Одна при всём честном народе соблазняет принца, второй притащил на бал безродную…

Я вытаращила глаза, сообразив, о ком идёт речь, но не успела отреагировать, хотя речь предназначалась в том числе и мне.