Книга Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон!, страница 283 – Рика Лав

Райнор только тихо хмыкнул, покачивая головой и массируя пострадавшее место, явно привыкший к подобным проявлениям сестринской любви и заботы.

Я наконец перевёл напряжённый взгляд на Микэль, всё ещё стоящую вплотную рядом со мной, практически прижатую к моей груди. Как будто вне своей злости она уже подсознательно доверяла мне свою близрсть.

Леди зачарованно смотрела на удаляющиеся ноги блондинки в скандальных мужских брюках, словно не могла поверить в реальность увиденного.

Впрочем, мне тоже это зрелище казалось диким, возмутительным и неприличным — видеть взрослую женщину, одетую в мужскую одежду. Что за дикие, варварские нравы царят у людей в этом месте?

Но сейчас мне было не до размышлений о странностях чужой одежды и обычаев.

Решение созрело во мне. Я запрокинул голову вверх, к бурлящим тёмным тучам, и издал протяжный свист — особый призыв, который знал и понимал только один дракон.

Громовой рёв разорвал небеса. Облака над нами закрутились в гигантскую воронку, разрываемые мощными взмахами крыльев. И из самого сердца бури, словно воплощённая стихия, снизился мой дракон.

Заррак.

Его чешуя сверкала и переливалась под дождём всеми оттенками черного и синего, огромные кожистые крылья затмили половину неба, а когти, каждый размером с меч, глубоко вонзились в землю двора при приземлении, оставляя глубокие борозды. Его глаза, точная копия моих собственных, с вертикальными змеиными зрачками, уставились на меня с преданностью и готовностью к служению.

Я услышал, как Микэль за моей спиной ахнула от потрясения, и попятилась на несколько шагов назад, но я не обернулся к ней. Не сейчас.

Подошёл к Зарраку, положил ладонь на его массивную морду. Он склонил голову, прижимаясь ко мне, урчащий звук вибрировал в огромной груди.

Обошёл его сбоку, скользя рукой вдоль чешуйчатой головы, и остановился у основания шеи. Там, на одном из шипов, обвивал основание нароста тонкий кожаный шнурок, сплетённый в сложный узор и украшенный мелкими драгоценными бусинами.

Артефакт, который я сплёл собственными руками в день совершеннолетия.

Тот самый браслет, который все драконорождённые плетут в юности и носят с собой через столетия, ожидая и надеясь встретить свою единственную, чтобы пометить её, заявить свои права перед миром.

Я аккуратно срезал узел охотничьим ножом, освобождая артефакт. Бусины позвякивали друг о друга и искрились в каплях воды. Все детали для браслета драконорожденые добывают сами, чем необычные и сложно доступнее материалы артефакта, тем ценнее воин для своей пары. Браслет — это первый дар деве, в которой княжеский узнает свою судьбу, поэтому он должен быть бесценным.

Так должно было быть, пока Безумный князь не извратил все, чем дорожил мой народ.

Заррак одобрительно взревел, понимая значение момента, взмахнул могучими крыльями, поднимая вихрь ветра и брызг, и взмыл обратно в грозовое небо, исчезая в тучах.

Я развернулся и пошёл обратно к Микэль. Она стояла, прижав обе руки к груди, глаза расширены от шока после нового лицезрения дракона в живую.

Остановился прямо перед истинной, поднял свою левую руку, развернув ладонь вверх, и полоснул себя поперёк лезвием. Кровь потекла алой лентой, капая между пальцев на мокрую землю.

— Кайлас! — Микэль вскрикнула, хватая окровавленную руку обеими своими ладонями, пытаясь зажать рану, озираясь вокруг. — Что ты делаешь⁈ Зачем ты… господи, да за что же мне это!