Книга Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон!, страница 250 – Рика Лав

«Что. Ты. Несешь⁈»

Кайлас сейчас буквально прижался губами к моим пальцам! Я отчетливо чувствовала приятное тепло его дыхания на коже, мягкость губ, легкое, возбуждающее покалывание от щетины на его подбородке, когда он чуть повернул голову!

Ноги подкосились, в коленях появилась странная слабость. Еле-еле удержалась на месте, ощущая, как краска жаром заливает лицо, шею, наверное, даже уши.

Мамочки родные… что-то ноги совсем меня не слушаются…

Кайлас разжал пальцы, отпуская мою руку, но его взгляд ни на секунду не отрывался от моего разгоряченного лица. Усмешка в углах его губ стала чуть заметнее.

— Моя леди, — прошептал он глубоким и бархатным голосом, от которого по спине пробежали мурашки.

Все.

Можете выносить меня отсюда в горизонтальном положении.

Я умерла. Это окончательный конец. Можете копать могилу и заказывать гроб.

Где-то за спиной Кайласа раздался приглушенный мужской смешок. Вздрогнула, резко выходя из наваждения, и подняла взгляд выше, туда, где в полутени стояли еще двое высоких мужских фигур в форме.

И мгновенно узнала их.

Грегор и Тарн.

Те самые двое, что несколько дней назад жестоко оскорбили мою маленькую Анику, назвали ее тем ужасным словом.

Они стояли позади своего командира, в нескольких шагах, и лица их выражали сложную, противоречивую смесь эмоций. Уважение к генералу, страх перед возможным наказанием, смущение от происходящего. И они не смотрели мне в глаза.

Кайлас обернулся к ним, не выпуская моей руки из своей, подзывая их ближе коротким жестом.

— Леди Верлис, — его голос приобрел более официальный тон, хотя в глазах все еще плясали озорные искорки. Я знатно его развлекла. Ну, конечно, из соблазнительницы в девственницу! — Позвольте представить вам Грегора и Тарна. Мои лучшие воины, проверенные в десятках сражений. Они будут служить вашей личной охраной, как я вам и обещал.

Шагнул в сторону, освобождая пространство перед собой, и эти двое синхронно вышли вперед.

А потом, словно отрепетировали этот момент, опустились на одно колено прямо передо мной, склонив головы в знак покорности.

Опешила, уставившись на них с недоумением. Иногда себя Салтычихой тут начинаю ощущать. Ну, так, на минималке. Напряжение сковало все тело от пяток до макушки, мысли забурлили хаотично, перебивая и наслаиваясь друг на друга.

Эти двое мужчин… они жестоко оскорбили мою дочь. Мою беззащитную, ни в чем не повинную дочку. Назвали ее тем унизительным словом, от которого у меня до сих пор сжимаются кулаки ов ярости и желания что-то сломать. Например, чью-то шею.

Я точно не могу вот так просто взять, махнуть рукой и простить их за это. Просто физически не могу, это выше моих сил!

Но…

Но у меня есть принцип. Незыблемый принцип, которого я твердо придерживалась всю свою сознательную жизнь, и на далекой Земле, и здесь, в этом странном мире.

Я всегда, при любых обстоятельствах даю людям второй шанс.

Люди ошибаются. Совершают глупости, говорят обидные вещи, делают плохие поступки. Иногда потому, что не думают о последствиях. Иногда потому, что просто не знают лучшего, правильного пути. Иногда просто потому, что жизнь их так научила, воспитала в неправильных условиях.

Но если они осознают свою ошибку, если от всего сердца раскаиваются в содеянном, если готовы приложить усилия, чтобы исправиться и измениться к лучшему — я даю им этот шанс.