Книга Слово короля. Слезы попаданки, страница 100 – Татьяна Антоник

И через несколько минут ректор объявлял результаты.

Мне, как самой догадливой, ключевое в этом слове «гадливой», досталось первое место. За мной шли Демоны, потом Башмаки, а потом я не следила за счетом. Выбыли ядоварительницы, потому что Тамила станцевала победный танец, и вампиры, потому что она во второй раз станцевала победный танец, подначивая меня.

— Соберемся на этом же поле через неделю, — счастливо закончил свою мысль Бертран Вулф.

Какая вакханалия началась. Адепты выбежали на поле, скандируя имена победителей. Забавно выходило с моим. Видимо, пора свыкнуться, что для Морока я не Б… Б… Да черт возьми, даже в мыслях не получается. Для Морока я прослыла Белкой.

— А ты планировала их отравить, — не переставала гладить я гончих. — Добрейшие существа.

— Честно? — скривилась Тамила. — Иногда я хочу творить добро и раздавать конфеты направо и налево, а потом, — присмотрелась она к укушенному Эндрю, — я делаю такое, — хлопнула парня по ране. — И не-э-э. Добро — не мой профиль.

Бедняга-оборотень зарычал и завыл, все же влюбленно проводил девушку взглядом. Подозреваю, он из этих… Из мазохистов.

Потоком нас понесло в столовую, на обед, и я не успела посмотреть, чем там занимаются парни. Принимала все поздравления, удивления, что какая-то первокурсница одолела адских гончих, но сама не могла похвастаться хорошим настроением.

Знала, что со зверьми все решает ласка и внимание. Жаль, что ласка не помогала мне в общении с Эшем. Юношу скорее хотелось огреть чем-то тяжелым, прикопать, а когда его голова будет торчать из-под земли, начинать дружескую, объяснительную беседу.

Но так поступают маньяки и личности, не обремененные моралью. А я ненавижу быть маньяком. Люблю осознавать свою ангельскую натуру, чтобы насладиться ею.

Не ощущая себя причастной к празднику, незаметно ото всех скрылась. Занятия на этот день отменили, так что правил я не нарушала. Да и гончие за мной прекратили гоняться.

Ноги сами собой повели к разрушенному от времени колодцу, где проживала очень лохматая девочка, зовущаяся Тамарой.

Я уселась на край, тяжело вздохнула, а за спиной раздалось…

— Тебе осталось… А, это ты, — нырнула она обратно.

По количеству переживаний я ее значительно обгоняла, и монстр, тонко ощущавший сердечные проблемы, решил меня избегать.

Переживать-то мне было о чем.

Как донести до тупого, упрямого идиота, что я в худшем положении, чем он? Что у него магия, знания, его почитают в Мороке. А я?

Мне надо либо говорить, что я попаданка, которая в Абердине чуть подзадержалась, либо окончательно переходить на сторону врага.

Самое обидное, что несмотря на распри, ничего не очевидно. Да, король лишил Эша права на трон, да, все было выполнено грязно и грубо. И да, Кэмпбелл мне не нравился. Но был ли Ходжес лучшим вариантом? Он молодой, бросается из крайности в крайность.

— Почему не веселишься? — узнала голос Харта. — Ты не в курсе? Еще пара избавлений от проклятий, станешь местной легендой.

— Пожалуй, воздержусь, — повернулась к нему. — А ты почему не со своими?

— Похвастаться нечем, — развел старшекурсник руками. — Меня обошла какая-то девчонка, да и Демоны вновь победили. Какой повод для радости?

— Да, никакого, — закатила глаза. То, что все выжили и почти не пострадали, это, конечно, грязь на лопате. — У меня еще и крыса сбежала, представляешь?