Книга Не Ваша Русалочка, страница 3 – Тина Солнечная

Мы свернули в коридор, затем ещё один, и он открыл дверь в одну из дальних комнат. Захлопнул за нами и развернулся ко мне.

Я едва успела окинуть взглядом помещение — похоже на кабинет. Полки с книгами, старинный письменный стол, кресло, резные панели на стенах. Всё дорогое, тёмное, пропитанное запахом дерева и пряной магии.

Но осмотреться толком не вышло.

Он подошёл вплотную и снова накрыл мои губы поцелуем.

Жадным. Глубоким. Требовательным. Таким, о котором я читала только в сказках.

Его рука обвила мою талию, притягивая ближе. Вторая скользнула вверх по бедру, под платье. Всё внутри меня вспыхнуло — огнём, нетерпением, предвкушением. Я прижалась к нему, потерявшись в жаре его тела и своей собственной решимости.

Он снова прижал меня к себе, целуя с такой жадностью, что мир вокруг исчез. Только его губы, руки, дыхание… Стоп. Руки? Их было слишком много.

Две руки наглаживают мои бедра, а другие две сжимают до сладостной боли грудь. Так не бывает. Я резко отстранилась, сердце застучало быстрее, но не от страха.

— Вас двое? — выдохнула я, переводя взгляд с одного лица на другое.

Одинаковые. Зеркальные.

Темные волосы, острые скулы, одинаково дерзкие глаза, только один с кольцом в брови, второй — с тенью усмешки, немного мягче.

— Да, зажигалка, — сказал первый, тот, с которым я танцевала. — Боишься?

— Мы не обидим, — добавил второй, и его голос был похож, но чуть ниже.

— Тебе понравится.

Я зависла на секунду. Близнецы. В этом мире — редкость, почти уродство. Считалось, будто одного человека при рождении разделили на двоих, и магия у них — одна на двоих. Слабая.

А значит… Это точно не мой маг. Даже лучше. Я медленно выдохнула и улыбнулась.

— Хорошо.

И тогда второй брат, тот, что стоял чуть позади, сделал шаг вперёд и поцеловал меня.

И если первый был огонь, то этот — мрак. Глубокий, опасный, тянущий вниз, как омут. И я утонула. С удовольствием.

Его губы были другими — не менее жадными, но глубже, медленнее. Он не торопился, смаковал каждое прикосновение, словно хотел запомнить вкус. Я чувствовала, как его пальцы скользят по моим бёдрам, прижимают меня ближе. А за спиной — первый, горячий, нетерпеливый, его дыхание жгло шею, пока ладони медленно поднимались вверх, к груди.

Между ними я ощущала себя игрушкой… Но сегодня их я ощущала также. Так что все было как надо.

— Ты такая маленькая, — прошептал один из них мне на ухо. — Такая вкусная.

— Совсем дикая, — усмехнулся другой. — Прямо как мы любим.

Я закинула голову, давая доступ к шее, и тут же почувствовала, как один из них провёл языком от ключицы к уху. В то же время вторая рука легла на живот, ласково, с намёком, но не переходя границу.

Они будто чувствовали каждую мою реакцию, каждый вдох. Танцевали вокруг моего тела, не торопясь взять, но и не давая забыться. Я стонала, от того, как умело они играли с моими чувствительными зонами.

Один из братьев осторожно стянул с меня бретельку, поцеловал открывшееся плечо. Другой прижался сзади, ладонями обвивая талию, прижимая к себе — я чувствовала его возбуждение, пульсирующее и нетерпеливое.

Он уткнулся носом в мои волосы и прошептал:

— Мы сделаем это медленно.

— Очень медленно, — подхватил второй. — Чтобы ты помнила каждую секунду.

Я задохнулась от предвкушения. Они будто играли на струнах моего тела. И я была готова заиграть им целую симфонию.