Книга Избранная для Дракона, страница 80 – Наталья Мор

Посмотрела на Целию, собираясь завалить ее вопросами, но промолчала. Взгляд наставницы, устремленный вдаль, казалось, смотрел за горизонт. Мне показалось, что в ее глазах появилась поволока.

— У тебя дар предвидения, — не то спросила, не то сказала неуверенно.

— Правильнее будет сказать: осколки дара. Я давно уже ничего не вижу. Вот только сейчас…

Целия грустно улыбнулась, прикрыла глаза на минуту, скидывая наваждение и совсем другим тоном произнесла.

— Учись, Элайла, старайся получить как можно больше знаний. У тебя будет очень длинная, интересная и насыщенная жизнь.

Затаив дыхание, я смотрела на наставницу, ожидая ее откровения. Она тряхнула головой, посмотрела на раненого волка, который лежал у наших ног, блестя влажными глазами, и сказала совсем не то, что я ожидала услышать.

— На чем ты остановилась, Элайла? Действуй. Этот волк все понимает и, подавляя свой охотничий инстинкт, ждет наших действий, которые исцелят его. Не испытывай свою судьбу и терпение зверя.

Осознав, что больше ничего от нее не услышу, с сожалением вздохнула, принимая настоящее и приступая к лечению. Целия права, следует поторопиться. Я слышала в кустах шуршание. Это волки из его стаи внимательно наблюдали за нами, готовые в любой момент напасть. И только повинуясь вожаку, который периодически тихо и угрожающе рычал, они не выходили из кустов, терпеливо ожидая его возвращения.

За обучением дни пролетали быстро. Сидя вечером или утром вместе с Целией на лавочке, я наблюдала, как она постепенно меняется внешне. Ее осанка выровнялась, разгладились морщины на лице, почти ушла седина из волос. Все чаще ее взгляд был устремлен вдаль, и в этот момент на губах появлялась легкая улыбка, а с ее губ срывался тихий вздох.

Целия изменилась. Это была уже не та изможденная, сутулая от груза прожитых лет старушка, а красивая и уверенная в себе женщина с планами на будущее. Она ни разу не вспомнила о Клейтоне и то, о чем они с ним говорили, а я не стала спрашивала, боясь спугнуть ту Целию, которая, словно феникс, возродилась заново.

Так пробежали оставшиеся дни до выходного. Накануне прогулки в город мы упаковали приготовленные микстуры для лавки зельевара. Целия достала старый, потертый по углам сундучок, куда уложила бутылочки с редкими и очень ценными зельями.

— Возьмем с собой, — сказала, ничего не объясняя.

На следующий день мы вышли немного раньше, чем обычно. Мужчина стоял на ступенях Храма, кивая головой людям, которые здоровались с ним и проходили мимо, но не отрывая взгляда от Целии, пока мы не подошли к нему.

— Вы вовремя, сейчас начнется служба, — в голосе мужчины слышалось облегчение.

Я посмотрела на Целию и только сейчас заметила, что эти двое смотрят друг на друга, не моргая. Люди уже стали оглядываться на них. Я взяла женщину за руку и сжала ее ладонь. Она едва заметно вздрогнула, и на ее щеках появился еле заметный румянец. Целия смущенно отвела взгляд и, кивнув головой, зашла в Храм. Я последовала за ней.

Пока шла служба наставница медленно оглядывала толпу людей. Через некоторое время ее взгляд остановился на одной из женщин. Заметив это, я решила более внимательно рассмотреть ту, кому решила помочь Целия.

Это была сгорбленная старушка с глубокими морщинами на лице и шрамом на щеке. Из-под платка выбивались абсолютно седые пряди. Сухая кожа обтягивала руки, которыми она опиралась на палку. Худая, сутулая, с обреченным взглядом.