Книга Пепел желания, страница 52 – Клара Рутт

Робко нарушая гладь черного озера, мы отплыли вслед за ладьей Кассиана. Я заняла место на носу, чтобы видеть курс. Открытую спину приятно щекотал ветер, волосы чуть колыхались, поддаваясь его игре. Платье почти не ощущалось, и во влажных объятиях Топей я стала почти своей. Хорошо. Меньше подозрительных взглядов. Главное — держаться самой.

Ритуальный зал Поющих Топей встретил нас тьмой, приглушенным светом алых камней по периметру и запахами орхидей, перезрелых фруктов и чего-то сладковато-гнилого. Это был не замок, не дворец и, тем более, не крепость: Сердце Лианы представляло собой живой организм. Стены, сплетенные из тысяч алых лиан, пульсировали в такт зыбкой горячей почве, подогреваемой, по преданию, дыханием самого спящего под землей Улдроша.

Здесь не было берега: Топь переходила в зыбкую гладь черной воды, в которой отражались редкие огни и лица присутствующих.

Нас высадили прямо в воду. Ил обложил ступни, но я не смутилась: шагнула в распахнутые ворота, свитые из тех же гибких прутьев болотного растения, подала знак Торну и Рианон держаться рядом.

С потолка свисали гроздья Сердца Лианы — полупрозрачные, налитые светящимся нектаром, готовые лопнуть и обдать собравшихся дурманящей влагой. Мы сделали шаг, и двери захлопнулись. До начала церемонии оставались считанные минуты.

Я двинулась осторожно, как натянутая струна, приковывая взгляды, но в приглушенном свете даже не пытаясь различать силуэты смотрящих: и так знала, что все уже в сборе. Платье из жидкого хрусталя переливалось, искажая отражения. Мне и самой стало казаться, что я обнажена: воздух здесь был еще гуще — теплым и влажным, как дыхание страсти, что ткань с меня буквально стекала. Хрустальные осколки в моих волосах царапали плечи, но не время было замечать их. Тем более, что в зале было чему приковать мой взгляд. И, скорее всего, не только мой.

На возвышении в самом центре зала, в чаше из живого дерева, лежали двое. Хозяйка Поющих Топей — Морвенна: голая, мокрая, текучая, с лианами, ползущими по бедру, — и Карнак с обнаженным торсом и пульсирующими золотыми прожилками. Он не глянул ни в нашу сторону, ни на кого-то гостей, он смотрел только на возлюбленную. Его пальцы, открытые, без перчаток, медленно гладили ее бедра, будто намереваясь стянуть ползучие лианы и овить ее тело путами пепельных прикосновений. Она не отстранялась. Она опиралась на локоть и медленно, капля за каплей, цедила сок Сердца Лианы в бокал. Капли падали на ее грудь, стекали по животу, к самому лону, где их ловил губами разгоряченный Карнак.

Я остановилась у кромки черной воды, огибающей их ритуальное ложе, ровно напротив Даркхана. Лавовые дорожки на его коже стекали прямо в воду, шрамы светились расплавленной медью, и это свечение выделяло его в полутьме ритуального зала. И еще — от его взгляда мое платье начинало таять физически. Особенно когда медная цепь на моей талии запульсировала слабым золотым светом. Он заметил. Его рука в огнеупорной перчатке чуть дернулась. Велария рядом с ним заулыбалась и откинула назад белые волосы. Чтобы я видела медные заклепки на груди и контрастный рисунок на плоском животе в виде звезды с тонкими лучами: сегодня она станет его женой.

Даркхан, тем не менее, продолжал прожигать меня взглядом (и мое платье!) и еще ярче светиться раскаленной медью. А, видя, как он сжимает кулаки, гася кипящий металл, я сильно сомневалась, что сегодня он даст сковать себя брачной клятвой. А значит, поиграем. Это будет даже интересно.