Книга Развод. Между нами только ненависть, страница 80 – Арина Арская

— Держу-держу, — Оля подныривает мне под руку, — я тут… Идем… Потихонечку и помаленечку.

Я слышу ее голос будто через толстое стекло. Меня мутит, подъезд покачивается и расплывается перед глазами. По телу прокатывается сначала озноб, потом жар.

Весь подбородок в крови. Я ее пытаюсь сплюнуть.

— Соседи подумают, что в подъезде была драка, — вздыхает Оля, — осторожно тут две ступеньки.

— Тебе, похоже, нравятся мужики в крови, — хрипло отзываюсь я и провожу рукой по холодной стене в поисках опоры.

— Да, есть в этом что-то, — насмешливо соглашается Оля, а после задумчиво тянет. — А я думала, что я боюсь крови. А я не боюсь.

— Вот это да, — хмыкаю я.

— Да я полна сюрпризов.

Раздается писк домофона, а после скрипят петли подъездной двери, и я слышу старческий недовольный голос:

— А не рановато ли нажрался, соколик? Уже и морду расквасили!

— С дороги, бабка, — шипит Оля. — Это тебя надо спросить, откуда ты пришла в семь часов утра. Уж не с трассы?

— Хамка!

— Пошла в жопу, — огрызается Оля и выводит меня на улицу. — Господи, а я раньше так ни с кем не разговаривала.

— Понравилось? — через боль спрашиваю я, и из носа льется новая порция крови со сгустками.

— Ваня! — меня оглушает командный и строгий голос Оли, и я не могу сдержать низкий стон боли. — дуй сюда! Помоги, блин! Он же тяжелый, как слоняра! Как бешеная слоняра!

Я слышу приближающееся удивленное мычание, в котором я угадываю растерянный вопрос Вани:

— За что вы так босса, Ольга?

Я издаю короткий смешок, когда она отвечает:

— Он сам напросился. И, вообще, мне надо с вами со всем провести воспитательную беседу. Ты что, Ваня, не видел, что он не в себе? Что у него вся рожа посинела? Опухла?

Ваня закидывает мою руку к себе на плечо и извиняюще мычит.

— Видел и повез? Не туда повез, Ваня! Надо было в больницу! Ему, похоже, наш сын отбил последние мозги.

Ваня согласно вздыхает и тащит меня к машине. Чувствую его обескураженность, как у котенка, которого потыкали в лужицу и погрозили перед мордочкой пальцем со словами, что так нельзя.

— Ты поедешь со мной, — цежу я сквозь зубы и оборачиваюсь на Олю, чья размытая фигура шагает в противоположную сторону, громко постукивая каблуками.

— У меня встреча с адвокатом, Марк, — презрительно кидает она мне.

— Вот же стерва, — клокочу я, и меня опять охватывает темное желание к безбашенной вертихвостке. — Ох, зря ты так, Оленька… Ох, зря…

— Зачем ты сказала папе, что ты его не любишь?! — меня с порога встречает Лена. — Ты сдурела, мам?!

— Еще на одну истеричку в этом доме больше, — доносится недовольный голос Димки из кухни.

Скидываю туфли.

— Чья эта кровь? — спрашивает Лена, когда замечает на моем лице засохшие бурые разводы.

— Твоего папочки, — хмыкаю я и повышаю голос, — это твой брат постарался! Слышишь, Дима? Отца в больницу увезли!

Напряженное испуганное молчание, и к нам с Леной выскакивает моя всполошенная мама:

— Как увезли? Что случилось? — Хорошо ему Димка лбом дал, — вздыхаю я и шагаю на в ванную комнату. — Силы же как уже как у взрослого мужика.

— А на тебе-то откуда папина кровь? — недоуменно спрашивает Лена. Пауза и вновь меня тихо окликает. — Мам?

Я останавливаюсь.

Кажется, я спалилась.

— Ну-ка, посмотри на нас, — тянет подозрительно мама.