Онлайн книга «(не)ваша девочка»
|
Я бы могла рассказать свою версию событий, но это сродни оправданиям. Мама умеет играть жертву, и ей стоило не в педагогический поступать,а в театральный. — Довела мать! — Татьяна Павловна встает и шипит. — Проститутка! Мужиков водишь! А ведь такой приличной девочкой казалась! Такой милой! Змея подколодная! С отвращением окидывает взглядом белье, разложенное на кровати, и шипит: — Ни стыда, ни совести. То ли я заразилась от Тимура и Ромы их пренебрежением к остальным, то ли я и в правда сука, но меня не трогают слова Татьяны Павловны. И мне удивительно легко выслушивать оскорбления, что потоком льются на мою голову. — И дальше что? — спрашиваю я, когда Татьяна Павловна замолкает. — Ах ты… — она задыхается в возмущениях и вскидывает руку на дверь, — собирай вещи и съезжай! — Один вопрос, — я мило улыбаюсь, — Наташа позвонила и наябедничала? — Она рассказала, чем ты занимаешься… — Татьяна Павловна скалит желтые зубы. — И как тебе не стыдно сейчас смотреть мне в глаза? — Почему мне должно быть стыдно? — тихо посмеиваюсь. — Я никому ничего плохого не сделала. Ну, сплю с двумя мужчинами за деньги, но вам-то какое дело? Я же вас не заставляю за этим наблюдать или участвовать. — Мерзавка… Мама с воем прячет лицо в ладонях. — И кроме денег, — поднимаюсь на ноги и шагаю к двери, тряхнув волосами, — я получаю удовольствие. Оглядываюсь с ехидной улыбкой на бледную Татьяну Павловну. Как приятно быть бесстыдной сукой, которой и дела нет до осуждения других. Да, шлюха. Да, дрянь, но милую и скромную Анечку никто не ценил, поэтому получите и распишитесь. — За что мне такое наказание? — неразборчиво бубнит мама в ладони. — Не так я тебя воспитывала. — Да, воспитывала ты меня самоотверженной овцой, — открываю шкаф, — но что-то пошло не так. Снимаю с перекладины плечики с одеждой и кидаю на кровать: — Мама, ты ведь была моим примером для подражания, — невесело смеюсь, — ты была идолом, только вот внутри у тебя не золото, а говнецо. — Не смей так с матерью говорить! — взвизгивает Татьяна Павловна. — Она тебя растила, поила… — Это была ее прямая обязанность, — открыто и твердо смотрю в ее глаза. — Неблагодарная… — Татьяна Павловна качает головой и подходит к подвывающей маме. — Пойдемте, дорогая. Я вам ромашки заварю. Помогает встать и уводит прочь из комнаты. Моя размеренная тихая жизнь летит кувырком, а складываю вещи и подпеваю под нос веселую песенку. Я не знаю, куда мне идти, но страха не чувствую. Возможно, меня накроет позже. — Ань, — в комнату заглядывает Наташа, — тебе помочь? И так мило улыбается, будто я не по ее вине меня выгнали со съемной квартиры. Кругом одни лжецы и лицедеи, и Рома с Тимуром со своей честностью неожиданно выигрывают среди остальных. Удивительно, два негодяя раз и возвысились в моих глазах. — Я сама справлюсь. Замечаю взгляд Наташи на пакетах из-под белья. Сколько зависти в ее глазах. — Я могу посмотреть? — она переводит алчный взгляд на меня. — Это же… — Нет, не можешь, — обескураженно вскидываю бровь. — Ты, мать твою, серьезно? — Ну и сука же ты… — Ищи своих спонсоров, — собираю волосы в хвост. — Это всего лишь трусы, — Наташа сжимает кулаки и горделиво приподнимает подбородок, — но любви ты среди них не найдешь. — Да я ее и не жду, Ната, — застегиваю чемодан и расправляю клетчатую сумку. — Ее мне не обещали. В этом и прелесть, Наташ. Все честно. |