Книга Предатель. Ты врал мне годами, страница 50 – Арина Арская

Нет, никакого сейчас разговора у меня с ней не выйдет, потому что велик шанс, что ее опять накроет истерика, и меня переклинет.

А она беременна. Она на позднем сроке.

Выдыхаю.

Со мной творится какая-то дикая дичь.

— Я помогу тебе, — медленно проговариваю каждый слог. — Давай не будем все усложнять.

Накрывает живот руками, словно пытается его защитить от меня. Опять почуяла во мне перемену настроения?

Торопливо покидаю салон. Хлопаю дверцей и обхожу машину.

Отец мне тогда сказал, что стоит промолчать о Кристине и о том, что у меня родилась дочь, потому что не стоит портить брак такой некрасивой правдой.

Да, будет проще все вывалить на молодую мамочку и испортить ей материнство, которое должно остаться в памяти светлыми воспоминаниями.

Нет, надо уладить вопрос иначе, и оставить для жены ее важный кусок жизни без грязи и слез.

Конечно, перед своим советом, он долго помолчал, выпил и только потом разродился на отцовскую поддержку. После налил и мне.

Я не смог последовать его совету. Когда я вернулся от него к Любе и когда увидел е спящей на диване, меня развезло.

И как забавно.

Мое признание не было услышано и принято, а я не стал заморачиваться по поводу того, что у нас с Любой не было скандала.

Мы ведь другие. Наша любовь сильнее ошибок, и моя жена выше обид. Ну, похоже, в некоторых моментах я не очень умный.

Я тот, о ком можно сказать, что “сам обманываться рад”.

Подаю руку Любе, которая отворачивается от меня, приподняв подбородок. Может, если бы она сейчас спала, то я бы мог выдавить из себя оправдания и сожаления?

Хмыкаю.

Люба оскорбленно смотрит на меня.

Мы с ней на разных волнах. Мы не чувствуем друг друга, и если она сейчас может от кого получить информацию, которая ее хоть немного успокоит, то только от Кристины.

Да, сейчас ей нужно понять наше прошлое, которое было скрыто от нее. И нет, я не жду того, что она поймет меня, но тайн между нами больше не должно быть.

— Какой же ты мерзавец.

Моя вспышка гнева затухает, когда она опирается о мою ладонь и мягко ее сжимает.

Я аж задерживаю дыхание.

Выползает из машины и выдергивает руку из моего захвата. Отходит на несколько шагов:

— Пять минут и поехали. Кристина же не осерчает, что мы немного задержимся?

— Она родила… Люба… Я обещаю тебе, об этой девочке никто не узнает… Я не знал, что она залетела…

В моем мозгу пульсирует пьяный голос Богдана.

— Ей не место в нашей семье… Я это понимаю… понимаю… черт… я не знал, Люба, но она родила… девочку…

Делаю глубокий вдох.

Признание Богдана всплывает не четким воспоминанием, а размытым и приглушенным. Я сейчас будто вспоминаю детали сна, который мне снился очень давно.

Я слышала его признания, но они не смогли меня окончательно разбудить, или я…не хотела просыпаться?

— Да, это мое решение, — шепчет в темном воспоминании Богдан. — Я не ждал ее… поэтому ее не будет с нами. И мы закроем эту тему. Да?

Богдан обнимает меня со спины и прижимается ко мне с выдохом:

— Я о многом прошу, но Люба… Мы же это переживем, верно? Мы завтра проснемся и постараемся… Я пострараюсь…

Накрываю лицо ладонью.

А какими были следующие дни после этой ночи?

Я помню лишь дикую усталость и то, что Богдан серьезно включился в отцовство и начал проявлять чудеса заботы и любви.