Онлайн книга «Предатель. После развода»
|
— Так, — неуклюже подбираюсь к Афинке ближе, чтобы она видела экран телефона. — Позвоним папе. Касаюсь в телефонной книге строку “Герман”, и на экране разворачивается его контакт с фотографией, которую я никак не могу сменить. Это снимок сделала я. Тайком и неожиданно, и вышел Герман на фотографии отстраненным, загадочным и хищным. Смотрит в сторону, что-то высматривает внимательным прищуром темных глаз. Короче, я хотела поставить вместо этой фотографии козла, но не смогла. Сначала не нашла подходящего снимка с козликом, который бы был бы похож на бывшего мужа, а потом сделала вид, что забыла. — Папа, — шепчет Афинка. — Держи, — аккуратно вкладываю телефон в ее ручки. — Сама позвонишь папе. Поднимает удивленный взгляд, а я готова разрыдаться от умиления. Такая сладкая булочка, что так бы и съела. — Сама? — округляет глаза. — Нажимай сюда, — указываю острым ногтем на иконку с телефонной трубочкой. Касается пальчиком экрана и замирает. — А вот теперь нажимаем сюда, — тапаю по иконке громкой связи. Афинка сосредоточенно смотрит на экран и внимательно вслушивается в гудки. Я хочу и не хочу, чтобы Герман ответил. Хочу, потому что его дочь любит его и скучает по нему. Не хочу, потому что я вижу в нем врага, которого никак не могу вырвать из сердца. — Фиса? Вздрагиваю от холодного голоса Германа, и сердце прыгает в диком кульбите до желудка. Афинка хихикает: — Нет. — Доча? Голос Германа моментально меняется на удивленный, теплый и ласковый. Закрываю глаза. Раньше и со мной так мурлыкали. — Нет, не доча, — Афинка смеется, хитро жмурится. — Это не я. — А кто же? — охает Герман. Закрываю глаза и медленно выдыхаю. Лучше бы не ответил, блин. Сердце на куски режет бархатным голосом, в котором вибрирует нежность к дочери. — Зайчик, — смущенно попискивает Афинка. — А зачем мне зайчик решил позвонить? — У него секретик, — Афина смущается еще больше. — Какой? — голос Германа становится вязким и, мне кажется, я в нем сейчас тону. — Какой же секретик у зайчика? — Зайчик любит папу… Кусаю внутреннюю сторону щеки до боли, не позволяя себе заплакать. — А папа очень любит зайчика, — шепче Герман. — Очень любит. И скучает. Афинка подносит телефон к губам и громко чмокает, посылая поцелуи папе. Никто меня не предупреждал, что мое материнство будет таким. Болезненным и полным отчаянием. — Ты же мой зайчик, — смеется Герман. — Ты уже из садика, да, вернулась? — Да, — Афинка кивает. — Рановато, — задумчиво хмыкает. — Зайчик капризничал? — Нет! — Афинка округляет глаза и насупленно бубнит. — Мама забрала, — шмыгает. — А ты не забираешь… Глава 11. На папу кричишь — Слушай, если они не хотят переносить встречи… — вздыхаю, — давайте без меня ее организуйте. Кариш, у меня маркетологи совсем, что ли, без меня беспомощные? Мне не обязательно самой общаться с этими модными блогерами. Обсудите концепцию, определите цену, сроки оплаты… — Но ведь вы… — Что я? Афинка увлеченно слизывает с ложки остатки пюре из брокколи и зеленого горошка. — Ну… все проконтролировать, лично побеседовать… посмотреть в глаза… — неуверенно сипит Карина. — Поэтому требовали, чтобы пришли сами блогеры, а не их представители. Я к тому… — К чему, Кариш? — теряю терпение, а Афинка шлепает ложкой по пюре и он разлетается в разные стороны. |