Книга Бывший. Ворвусь в твою жизнь, страница 15 – Арина Арская

— Ты голодный?

— Мам, — цежу я сквозь зубы и прикрываю за собой дверь.

— Нет, — отвечает Адам.

— Я котлет нажарила, — мама игнорирует отказ Адама и подхватывает большую миску с плиты. — Смотри, какие.

Открывает крышку и хвастается румяными круглыми котлетами перед гостем, который молча поднимает взгляд.

— С пюрешечкой, — мама улыбается.

И она не заискивает и не лебезит. Она просто такой человек. Вот она решила накормить Адама котлетками и пюре и она добьется своего.

— Уговорили.

— Да вы издеваетесь, — охаю я и сажусь в углу у холодильника. — Мама, он не друг.

— Ирина ведет правильную тактику, — Адам свысока смотрит на меня. — Ты в курсе, что многие важные переговоры проходят часто не в кабинетах, а за обедами и ужинами?

— Хватит умничать.

Через минуту и передо мной стоит тарелка с котлетой и пюре.

— Меня тебя и спрашивать не надо, чтобы понять, что ты голодная, — мама улыбается.

Хочу возразить, а она хмурится:

— Ешь, а то сладкого не получишь.

Адам вскидывает бровь, и мама говорит:

— К тебе это тоже относится.

Бровь Адама ползет выше, а мама с чувством выполненного долга отправляет кусочек котлеты с пюре в рот.

— А на сладкое у нас что? — деловито интересуется Адам.

— У нас? — чуть не поперхнувшись, переспрашиваю я.

— Шарлотка, — невозмутимо отвечает мама.

Я чувствую себя будто в саду и вредной девочкой, которая хочет швырнуть в лицо Адама снаряд пюре, потому что ревную свою золотую маму с котлетками. Она должна баловать только меня и Ваню.

— Я бы хотела понять, что у вас произошло, — спрашивает мама и погружает вилку в пюре.

— Он был женат, — натягиваю на лицо улыбку. — И я была вынуждена уйти.

— Вот как, — мама приподнимаем бровь, строго глядя на Адама. — Если был, то развелся, я так понимаю?

— Год назад, — отвечает Адам и почти треть котлеты жует.

— Дети?

Качает головой.

— Почему?

— Все это не имеет, мам, значения, потому что у него и сейчас есть женщина, — утомленно вздыхаю я.

— Вот как, — мама вновь отвлекается на пюре и котлету. Две минуты молчания и мама с легким разочарованием шепчет. — Надо было чуть меньше лука.

Я медленно моргаю. Ее действительно больше волнует вкус котлет тем то, что отец ее внука — лживый козел.

— Прозрачно намекаю, что вы должны сейчас меня разубедить, — голос мамы становится недовольным. — Говорите, что всё вкусно.

— Да, мам, очень вкусно… — обескураженно отвечаю я. — Как и всегда.

— Отличные котлеты, — Адам кидает на меня озадаченный взгляд.

— Я чуток изменила рецепт, — мама расцветает улыбкой. — Люблю иногда поэкспериментировать.

— Эксперимент удался, — подтверждает Адам.

— Добавки?

А вот это коварная ловушка. Если откажется, то его комплименты станут пустыми. Мама не то, чтобы затаит обиду, но пометочку в своей воображаемой тетрадочке сделает. И, наверное, отказ от котлеты перевесит то, что Адам сейчас не свободен.

— Не откажусь, — Адам выдерживает прямой взгляд моей мамы.

Мама подкидывает ему в тарелку две котлеты и возвращается за стол, а затем сбрасывает с моей головы капюшон:

— Ты прям как пацан какой-то. Злой пацан-карманник.

— Мам, — поскрипываю зубами о вилку.

Мы все замираем, когда приоткрывается дверь и на кухню бесшумно проскальзывает сонный и босой Ваня. Косит подозрительный и любопытный взгляд на Адама, который застыл с куском котлеты у открытого рта, шлепает мимо него и неуклюже забирается на меня маленькой обезьянкой в смешной пижаме с разноцветными мышатами.